Самые темные дороги

Ребекка собиралась остаться на неделю: встретиться с подрядчиком и проконтролировать следующий этап строительства.

Собачий нос ткнулся Ребекке в ногу. Она вздрогнула и посмотрела вниз.

Эш стоял возле старого сарая и смотрел на нее. Она подняла руку в грязной перчатке, и Эш подошел к ней.

– Давно не слышала новостей от тебя, – сказала Ребекка при его приближении.

Он поцеловал ее, стер кусочек глины с ее щеки и протянул рюкзак.

– Вот, принес кофе и сэндвичи на завтрак.

Ребекка усмехнулась:

– Я могу привыкнуть к этому.

Эш на мгновение удержал ее взгляд и тихо сказал:

– Надеюсь на это. – Эш кивнул в сторону Рикки. – Хороший работник?

Какое-то время они стояли рядом и смотрели, как Кибу резвится с подростками.

– Ты думаешь об этом? – спросил Эш. – О детях.

Она замерла и посмотрела на него.

Он кивнул, но ничего не добавил.

– Ты будешь хорошим приемным отцом для Рикки, – заметила она, пытаясь прощупать его настроение.

Эш глубоко вздохнул и засунул руки в карманы. Ребекка поняла, что он думает о ребенке Уитни. О старом кедровом гробе на его земле, о собственном отце-насильнике.

Ребекка говорила Эшу о психотерапевтах и группах поддержки, но он сказал, что не хочет никуда обращаться. Не сейчас. А может быть, и никогда. Достаточно того, что она знает об этом. Но Ребекка понимала, что прошлое будет преследовать его самыми неожиданными способами. Вероятно, до самого конца. Такова природа детской травмы и насилия, пережитого в раннем возрасте. Пострадавшие дети похожи на зерна, попавшие на дурную почву. Иногда они вырастают неполноценными, но могут стать сильными и независимыми благодаря правильной опеке.

– Как я посмотрю, дело спорится, – сказал он, указывая на ее огород.

Ребекка рассмеялась:

– Это только начало, подожди до конца лета. Здесь будут сочные красные помидоры, которые пахнут солнцем. А вот здесь кабачки. – Она взмахнула рукой. – И базилик в теплице на той стороне, и…

– Бекка, ты надолго приехала в этот раз?

Ребекка замолчала. Ветерок шелестел в молодой зеленой листве осиновой рощи.

– На неделю, – тихо ответила Бекка. – Но я вернусь в следующем месяце и уже не уеду отсюда.

Эш пораженно уставился на нее:

Странная неловкость овладела ею при мысли о том, что она собиралась сказать.

– В городе мне нужно собрать вещи и закончить кое-какие дела, но… Я получила перевод на другую должность.

– Я буду работать на месте Бака. Только в пятницу узнала, что решение было одобрено.

Он продолжал смотреть на Ребекку.

– Да, Бака Джонстона. После внутреннего расследования, когда Грейс проверила его действия в связи со смертью моего отца, он был очищен от подозрений вместе с остальными членами охотничьего клуба, но это все равно бросило тень на его репутацию.