Седьмое небо в рассрочку

Собственно, ничего не произошло, никаких искр между ними не пролетело, как пишут в красивых романах, выжимая из читателей слезу умиления. Он заметил, что у нее подростковое лицо, наверное, ей лет восемнадцать и… все.

Тем временем Дубенич написал телефоны Жирнова, вырвал лист из блокнота и отдал Шатунову. Попрощались, Юрка побежал по делам, пора было и Лехе… Куда? В кочегарку? От Вовки он переселился туда. Иваныч, являясь начальником этого «ответственного» объекта, а также рядовым кочегаром, разрешил занять прилегающие шесть квадратных метров в подвале. У Шатуна были деньги и много. В стране бушевала инфляция, но когда рубль еще только начинал деревенеть, Леха превратил накопления в золото и доллары. Он мог купить квартиру, построить дворец, а для чего и для кого? На все начинания нужен азбучный толкач – стимул.

Итак, спешить ему было некуда. И что его толкнуло взять дипломат из черного пластика (страшно модная штуковина по тем временам) и подойти к девушкам – кто скажет? Не Леха, потому что не знал он, зачем пошел в угол.

Красотка смерила его быстрым взглядом, оценила, что чувак упакован в фирменную тару, а Шатунов после развода снова первоклассно одевался, но уже не для того, чтоб девиц соблазнять. Он покупал вещи дочери, заодно предлагали товар для него – вот и все. Короче, красотка не отшила его, а промолчала, спросив глазами хохотушку: ты как? Пряди волос встряхнулись – он получил разрешение и обосновался на стуле, поставив на колени дипломат.

– Меня зовут Леонид.

Его чуть наизнанку не вывернуло! Пожалуй, имя и сделало выбор, кому отдать предпочтение. Но исключительно в порядке общения, ни о чем таком-эдаком он не помышлял.

– Ева, – сказала вторая, брюнеточка…

Любопытство Сабрина удовлетворила, причину враждебности родителей выяснила, теперь и логика матери ясна. Конечно, каждый имеет право на собственную трактовку, но усилия Таты были направлены, чтоб досадить бывшему мужу, а инструментом досаждения она избрала дочь – это нечестный ход. Именно сейчас Сабрине необходим отец, его помощь и защита, иначе не выбраться из западни, в которую влипла по дурости. Ей хотелось плавно влиться в прежние отношения, но методы выбрала не те, отсюда спустить бойкот на тормоза не удалось.

– Выметайся, мисс, приехала, – ворчливо сказал Владимир Витальевич, вызвавшийся отвезти ее к Шатунову, чтоб не при Маше обсуждать Тату. Но у Сабрины в запасе еще много неясностей:

– А что там за история была? Отца обвиняли в убийстве, мама говорит, он откупился…

– Мама, мама… – передразнил он. – Ни один академик с ней не сравнится, она ж все знает, даже как запустить космический корабль.