Седьмое небо в рассрочку

Шатунов настрочил короткую записку «Еве от Л. Спасибо». Полное имя не написал на всякий случай, он же ничего о ней не знал. Вдруг у Евы есть муж, жених, строгий папа, а в ту ночь она сорвалась, зачем же осложнять ей жизнь? Прикрепив букет с запиской к дверной ручке, он сбежал по ступенькам вниз, попрощавшись с Евой навсегда.

Итак, смыслом стала работа, а раз она смысл, то совершенствование – естественный процесс. Леха Шатун из Погореловки, стабильно учившийся на трояки, которому не светило стать выдающейся личностью, пахал, как раб на галерах, обложившись учебниками и тетрадками.

Тот период он назвал бы открытием, когда узнаешь столько нового вокруг и в себе, что мозги плывут от температуры, в сутках не хватает часов, но понимаешь, что живешь. Уже через месяц он дал Жирнову несколько дельных советов – попал в десятку. А еще через два прямо заявил, рискуя впасть в немилость:

– В таких условиях честно работать – утопия. Давайте реально смотреть на вещи. Я предлагаю гнать левак, как это делают все. Точки сбыта найду, а с бабками нам не страшен сам президент и генеральный прокурор.

Жирнову сложно было переступить через «нельзя», воспитание не позволяло, а что делать? Очень хотелось бандитам в креслах показать кукиш.

Но подводила необязательность партнеров, подводила безответственность и разгильдяйство, когда на сотню хороших работников приходится один, зато вреда от него, как от стаи саранчи. И так каждый день – следовало быть готовым к ударам, заранее просчитывать их и находить противодействие. Леха, пардон, теперь Леонид Федорович, справлялся! Наверное, сам бог ему помогал. Его зауважали, и это была грандиозная победа.

Если Шатунов крепчал, то Жирнов все больше хирел и поникал.

Он стал похожим на человека, у которого врачи нашли неизлечимую болезнь и та быстро прогрессировала. Шатунов однажды так и спросил, мол, в чем дело, у нас ситуация много лучше, чем у других, а вас это как будто не радует. Жирнов достал бутылку коньяка, налил в стаканы по доброй половине, чокнулся, но не пил, а смотрел, как пьет Шатунов. Смотрел с нежностью, словно на сына, и чему-то улыбался, а потом огорошил:

– Ленька, забирай-ка завод, пока не поздно.

– То есть как это – забирай?

– В частную собственность.

 – Он не позволил Шатунову открыть рот, жестом остановив его. – Помолчи. Сейчас по всей стране практикуются методы перевода государственного имущества в частную собственность. Кхе, некоторые думают, я болван, ничего не понимаю, мол, старпер – что с меня взять? А я знаю и вижу. Главное, надо вовремя и нагло действовать, схем сотни. Например, сбацаем дочернюю фирму, это плевое дело, там уставной капитал – смешно сказать. Я уже так делал, дорога проторена.

– Вы?! – не поверил Шатунов.