Седьмое небо в рассрочку
Она же и толкнула неподвижного Хока в плечо, на бегу бросив одно слово: «Бежим». На автопилоте он кинулся за ней. Люка села за руль, ему пришлось довольствоваться пассажирским местом, да он, собственно, и не возражал…
Стоял Хок долго, то глядя в пол, то на Люку. Кому-то нужно брать голову в руки и думать, как быть, и, наверное, принимать решения должен он, мужчина.
– Люда… нам сейчас надо дергать отсюда.
Хок впервые назвал ее по имени, от которого она, признаться, отвыкла. Люка перевернулась на спину и посмотрела на него с интересом, а может, с подозрительностью. Недоверие у нее в крови, недоверие и готовность к осечкам.
– Кто тебе сказал мое имя? Гек? – спросила она.
– Нет. Вернее, услышал от него, но когда он случайно оговорился, так что не щурься, будто я засланный казачок.
Установка Гектора: никто не должен знать настоящих имен и фамилий. Потому что, если кто-то из команды попадется, то его хоть стреляй, а сообщников он не назовет.
– А тебя как зовут? – осведомилась Люда.
– Илья. Ну, вот и познакомились.
– Знаешь… Я не нашла у него мобилы.
– Ее забрал убийца? – с ходу предположил Илья и присел наконец на диван рядом с ней, почувствовав в ногах невероятное облегчение. Жалко, что только в ногах.
– Заказчик, – поправила его Люда. – Наш клиент, которого мы не видели в лицо и не знаем, как зовут.
– Думаешь, это он?..
– А что тут думать! – пыхнула она, разозлившись, но не на Илью, а вообще, как часто злятся на абстрактное зло, попав в черную полосу жизни. – Конечно, он. Я сказала по мобиле, что с Шатуновым покончено, Гектор позвонил заказчику, чтоб тот привез деньги…
– Гека застрелили перед нами? На то, чтоб привезти деньги, нужно время, так? Очень рискованно, он мог попасться нам.
Сейчас важно проанализировать факт, вычислить, насколько велика опасность и для них. Люка, мысленно реконструируя картину у пруда, высказала другую версию:
– Нет.
– Тихо, тихо, – обнял ее Илья. – Не заводись, сейчас это бесполезно.














