Семья Звонаревых. Том 1

Надо было резче оборвать Горемыкина, чтобы не смел задевать ни меня, ни моих подруг. Вот Иван Павлович не дал бы в обиду Катю, а Сергей нерешительный…»

И чем больше Варя думала о происшедшем, тем более находила виновных помимо себя.

Когда, наконец, Звонарёв вернулся домой, то сразу по расстроенному лицу Вари понял – с ней что-то случилось.

– Что тебя так расстроило, Варенька? – обеспокоенно справился он у жены.

– Меня выгнали из института за то, что я дала оплеуху Горемыкину, – одним духом выпалила Варя.

– Он опять вздумал ухаживать за тобой? – спросил Сергей Владимирович.

– Попробовал бы только! Ты тогда, наверно, снёс бы ему голову. – И Варя рассказала мужу обо всём, происшедшем сегодня в институте.

Выслушав её, Звонарёв задумался, стараясь осмыслить, чем всё это может кончиться.

Дело, конечно, серьёзное: раньше за подобные выходки исключали из института с волчьим билетом, и пострадавшему оставалось одно – ехать за границу и там заканчивать образование. По-видимому, и Варе сейчас придётся покинуть Россию, хотя бы на короткий срок. Всё это было неожиданно и достаточно неприятно, но отнюдь не катастрофично.

Зато битый профессор, конечно, немедленно покинет институт и принуждён будет тоже уехать из Питера.

– Чего ты молчишь, невозможный человек! – раздражённо потрясла плечо мужа Варя.

– Всё это неприятно, но, как говорится, перемелется – мука будет. Не падай духом, Варенька. Что-нибудь да придумаем. – И он поделился с нею своими мыслями.

– Как ты думаешь, Сергей, верно я поступила? – непривычно робко спросила Варя.

– Снявши голову, по волосам не плачут. Огрела Горемыкина, об этом и вспоминать не стоит, значит – он того заслужил.

А если говорить откровенно – ты, Варвара, у меня кипяток, кого хочешь ошпаришь. Теперь надо думать, как выйти из создавшегося положения с наименьшими неприятностями. Не приплели бы только тебе политику! Тогда вместо заграницы придётся ехать в места не столь отдалённые, – отозвался Звонарёв.

– Давай съездим к папе и маме, расскажем им всё, посоветуемся с Краснушкиным, – предложила Варя.

Звонарёв одобрил эту мысль, и после обеда они отправились к Белым.

Генерал сразу заволновался.

– Ты совершенно не отдаёшь отчёта в своих поступках, Варвара, – сказал он раздражённо.

 – Ударить по лицу профессора! Это, прежде всего, недопустимое хулиганство. Культурные люди, тем более женщины, так себя не ведут. Кроме того, сейчас такие времена, что каждый подобный проступок всегда могут расценить как террористический акт, и тогда тебе не миновать Сибири.

– За нанесение оскорбления действием по закону полагается штраф сто рублей или месяц ареста, – напомнил Звонарёв.

– Смотря кого оскорбить, – заметил генерал.