Сентиментальная история

— Перестань плакать, Джес, — мягко сказала она. — Могу представить, как ты испугалась. Я бы тоже испугалась. Единственное, чего не могу понять: откуда пошел такой слух, что меня арестовали?

— Это и в самом деле странно, — сказала Джессика, схватила пачку бумажных салфеток и стала вытирать слезы. — Полицейский довез меня до дома, сделал предупреждение, и все. Если бы меня арестовали, то сообщили бы родителям. Непонятно, зачем Кэролайн это придумала?

— Теперь, выходит, Кэролайн во всем виновата?

— Пожалуйста, не злись, — стала умолять сестру Джессика. — Я все сделаю, чтобы восстановить твое доброе имя, Лиз. Обещаю. Даже ценой моего собственного. — Она искоса взглянула на сестру в надежде, что та не станет требовать такой жертвы.

Элизабет задумалась.

— Но знаешь что, Лиз, это только подольет масла в огонь, и сплетен будет еще больше. Ты же знаешь, как бывает. А так завтра случится еще что-нибудь, и все про тебя позабудут, — сказала она, и надежда ее окрепла.

— Джес, до всех мне дела нет. Но я хочу, чтобы мои друзья знали правду.

Джессика поняла, что почти выкрутилась.

— Но ты же не думаешь, что твои друзья — настоящие друзья — поверили, что тебя арестовали? Я уверена, твоя лучшая подружка, эта зануда Роллинз, конечно, не отвернулась от тебя.

Джессика знала, что сейчас не время подкалывать Инид, но не смогла удержаться. Ей не хотелось, чтобы Элизабет дружила с кем-нибудь, кроме нее.

Погруженная в свои мысли, Элизабет невнятно произнесла:

— Нет, Инид — верный друг. Она не отвернется. — И при этом подумала: «А Тодд?»

— Может, ты хочешь, чтобы я рассказала всю правду кому-нибудь еще? Может, Тодду Уилкинзу? Вы с ним, кажется, приятели? — спросила Джессика, не отрывая глаз от лица сестры.

Приятели? Приятели! Единственный парень в мире, которого Элизабет любит, от которого у нее колотится сердце. Приятели!

— Да, пожалуй, — наконец ответила она. Не сомневаясь, что выиграла бой, Джессика обняла сестру.

— Ни о чем не беспокойся, Лиз. Мы с Тоддом очень подружились в последнее время. Я все ему расскажу. Я знаю, он отличный парень. Ты не упадешь в его глазах. И я вовсе не хочу, чтобы он тебя презирал, Лиззи. Ведь нельзя же допустить, чтобы, заезжая за мной, он с тобой не здоровался.

Элизабет представила себе, как Тодд заезжает за Джессикой, улыбается, держит за руку, целует на прощание у порога дома, и ей захотелось плакать. Даже представить себе страшно, что он о ней сейчас думает…

Ронни и Инид договорились провести остаток дня на пляже, но, когда Ронни постучал в дверь и Инид ему открыла, рядом с ним на крыльце стоял Тодд.

— Надеюсь, ты не возражаешь, Инид, — сказал Ронни, когда они спускались по ступенькам. — Только взгляни на него. Жуть! Не мог же я допустить, чтобы мой товарищ бродил весь день как неприкаянный.