Сердце из тьмы и тумана

– И сколько девушек было до меня?

– Девять… или двенадцать. Не помню точно.

– Что с ними случается после того, как ты наиграешься?

– Они уезжают туда, откуда не могут никому рассказать.

Я вздрогнула – и цепи едва слышно звякнули.

– Я их не убиваю, если ты сейчас подумала об этом. Отправляю в другой мир. Оттуда нет возврата в Штормхолд, но это не смерть.

– Ты ведь не знаешь. Тебе плевать.

– Зачем ты это делаешь. Ради денег?

– Денег? – впервые в голосе Даркхолда прозвучали эмоции. – О чем ты?

– Разве тебе не платят за то, чтобы поучаствовать в игре? Повеселиться, наблюдая за идиоткой, которая верит, что ее приняли в элитную школу?

– Откуда ты взяла эту чушь? Каждый здесь подчиняется мне и получает свое вознаграждение. Думаешь, если бы я продавал сюда билеты, меня бы не нашли? Нет, Коралина, мне не нужны деньги, отец оставил их столько, что можно построить тысячу замков, подобных этому. Так и надо, пожалуй, сделать. Здесь слишком много магии, она мешает.

– Попробуй, – усмехнулся он.

Показалась школа, и я почувствовала себя в тысячу раз хуже, чем до этого, представив, как все сейчас наблюдают за прелестной картинкой: десяток парней выводят из леса закованную в цепи героиню.

– Так что дальше? Отправишь меня в другой мир?

– Ты должна доиграть. Мы еще не дошли до бала.

На удивление, школа была пуста, а сопровождающие нас быстро рассосались, оставив с Даркхолдом наедине. Я так устала, что вряд ли смогла бы сопротивляться, и он это понимал.

– Думаешь, я просто две недели буду продолжать делать вид, что ничего не случилось? И не смогу ни до кого достучаться? Ничего не испорчу, не сломаю, не устрою здесь переполох и никому не наврежу?

– Зачем ждать две недели? Мы устроим бал сегодня.

– А потом ты отправишь меня в другой мир?

– Кажется, сильнее тебя ненавидеть уже невозможно.

Мы остановились у моей спальни, хотя я ожидала, что он запрет меня где-нибудь в подвале или привяжет, как любимую лошадку, на улице.

– Почему я? – спросила после нескольких минут невыносимой тишины.

– Ты сирота. Тебя никто не будет искать. У тебя слабая магия, ты не сможешь защититься и никому навредить.

Я сглотнула ком в горле и пошатнулась, но Дарк успел поймать. В эту же секунду я возненавидела себя за то, что инстинктивно потянулась к теплу, но ничего уже было не исправить. В осеннем лесу ужасно холодно, и сейчас, оказавшись рядом с другим человеком… живым существом, я вдруг поняла, насколько замерзла. И насколько потеряла гордость, потому что вдруг вспомнила, как безопасно было рядом с Даркхолдом, когда он крыльями закрыл меня от дракона.

Подняв голову, чтобы заглянуть ему в глаза, я спросила:

– А внизу, в подземелье, тоже был театр?

Дарк отвернул голову, и я поняла, что нащупала больную точку.