Сердце лета

Мой сын Даня перечислял всю строительную технику, встречавшуюся нам на пути. Я держала его за маленькую теплую ручку, внимательно слушая и искренне восхищаясь его познаниями. Не каждый в два с половиной года знает названия такого количества разных машин. Малыш повернулся ко мне с широкой улыбкой, которая, конечно, досталась ему от отца. Как и глаза цвета луговой травы. Как и каштановые, слегка вьющиеся волосы.

– Мы скоро приедем? – спросил он, забавно, по‐детски коверкая слова.

– Скоро, котенок. Но ты успеешь поспать.

За рулем минивэна сидел Вовка. В салоне играла тихая музыка, девушка Вовы, Вика, в одной руке держала книгу, а другую Вова нежно поглаживал большим пальцем. При виде этого интимного жеста все во мне свернулось, накатила тоска и заныла дыра в сердце. Я покрепче сжала маленькую ручку засыпающего сына и тоже решила подремать.

До конца поездки оставалась пара часов. Мама, Леня и баба Надя уже прибыли в деревню вместе с дедушкиным братом. Они везли гроб с телом прабабушки Люси. Да, с годами встречаешься с родными только на свадьбах или похоронах. Баба Люся прожила долгую, можно сказать, счастливую жизнь, но так и не смирилась с тем, что младший сын ушел раньше нее. Страдая, она старалась растворить свою боль в заботе о внуках и правнуках.

Вскоре после переезда к маме я поняла, что беременна. Наверное, взаимоотношения дочерей и матерей в большинстве случаев переходят на новый этап после таких известий. Я заявила, что если она не прекратит выпивать, то не будет видеться с внуком, вернее оставаться с ним наедине. Моя прямота ошарашила мать, но к рождению Дани она полностью избавилась от вредной привычки. По крайней мере в моем присутствии никакого алкоголя или специфичного запаха замечено не было.

– Аглая, решать только тебе. Но знай, я буду любить малыша не меньше, чем тебя, – так сказала мама после моего возвращения из женской консультации. – Ведь его отец пасынок Титова, да? – Мама тепло улыбнулась, поглаживая меня по волосам.

– Ну… – Мама корректно прокашлялась. – Красивый мерзавец, что говорить. А он знает?

– Нет. И не узнает. Надеюсь, – резко ответила я тогда.

Сейчас, когда ребенок растет и уже прекрасно понимает, каким обычно бывает состав семьи, я уже сомневаюсь в своем решении. Всю жизнь я мечтала о собственной семье, мечтала, что уж мой‐то ребенок будет расти с любящим отцом, чего была лишена я. А теперь мое сердце разрывается каждый раз, когда чей‐нибудь отец с детской площадки включает Даню в игру со своим сынишкой.

Став матерью, в полной мере осознаешь незначительность всех проблем, казавшихся ранее глобальными и неразрешимыми. Однажды я рассмеялась вслух, вспомнив, что дедушкины домашние аресты казались мне концом света.