Серёжик (без иллюстраций)

Мажуся — это и «мама» и «ежуся» сразу, так все-все ёжики ласково называют мам.

Серёжик влетел на середину кухни и огляделся.

Мамы не было. Он вскарабкался на пенёк и выглянул в окно. Мамы не было…

На столе стояла тарелка, накрытая полотенцем. Волшебный аромат плыл именно оттуда!

«Откушу самый маленький кусочек», — решил ёжик и приподнял край.

Тарелка была пуста!!!

Там лежало несколько крошек и огрызочек печенья, раз в десять меньше того, что так хотелось откусить.

— А-а-а! — завопил Серёжик обиженно и побежал в гостиную. Травяной ковер под ногами был мокрым, значит, мама поливала его совсем недавно.

Серёжик метнулся в спальню, заглянул в ванную, проверил кладовку. Повизгивая, взобрался на второй этаж и оббежал все комнаты там.

Мама как сквозь землю провалилась!

Сквозь землю? Может, она в погребе, наливает сгущённое молоко?

Если мандариновое печенье, значит, праздник! А какой же праздник без сгущёнки?

Серёжик бросился во двор, к сараю. Зря! На двери висел чугунный замок.

Тогда ёжик набрал побольше воздуха и закричал так громко, что у него самого заложило уши.

Никто не отозвался, лишь пара воробьев вспорхнула с куста.

Плача, он обошел двор, зачем-то заглянул под кадушку и поплёлся домой…

Там просто невозможно было находиться. Дразнящий запах щекотал нос и мешал думать. Серёжик облизал тарелку с крошками и почувствовал, как сильно хочет есть. И не что-нибудь, а мандариновое печенье!!!

Всхлипывая, он облизал тарелку ещё и ещё…

Никогда в жизни мама не уходила одна. В Главном Законе Дальнего Леса написано: «Строго запрещается оставлять дошкольников без присмотра».

А Серёжик был дошкольник. Он знал все буквы и цифры, и книжку про динозавров, любимую, читал сам.

Для школы был куплен пенал из липового лыка с надписью «Умные зверята — гордость леса!» Для школы мама сплела берестяной рюкзачок. А папку для тетрадей Серёжик склеил ещё зимой. Хорошую, из проглаженной утюгом соломы.

Только всё равно его в школу не брали. Учительница, зайчиха, Василиса Петровна, всякий раз вздыхала, измеряя Серёжика ростомером.

— Двух сантиметров не хватает. Приходите на будущий год.

Долговязого суслика Яшку приняли, приняли всех ёжиков с Самолётной улицы.

Только Серёжик сидел в дошкольниках. На прививках в поликлинике ребята дразнили его «микробом» и дергали за подтяжки, когда не видела мама.

Серёжик принюхался снова. В воздухе, кроме запаха мандарина, витал и мамин запах. Серёжик подбежал к печке — она пахла мамой! Под потолком висели пучки сушёной травы: от поноса, от кашля, от вредного настроения.

Они тоже пахли мамой. Стол, пеньки, занавески — всё в кухне пахло мамой, мамой, мамой!

Куда она могла уйти? Как могла оставить Серёжика?! Голодного, неумытого, с непричёсанными иголками?!

Он заскулил и заплакал снова.