Серые пустоши жизни

Где Дорхана?

– Она в нашем лагере, там же и все выжившие из ее отряда, – поспешил ответить ему ошеломленный его рассказом вождь. – Но мы не виноваты, Риарх! Дорхана посвоевольничала. Мы ведь думали о бандах отщепенцев, когда увидели, что тебя нет, никому и в голову подобное придти не могло, а они молчали…

– Риарха нет! Он сдох там, возле трупа Сианки… – прохрипел в ответ Несущий Пламя, судорожно сжимая руками подлокотники кресла. – Но я все же дам вашему клану шанс остаться в живых. Принеси мне клятву, вождь!

Старик молча посмотрел в пылающие глаза говорившего и понял, что тот прав – от хорошо знакомого ему юноши Риарха в этом пылающем гневом и ненавистью существе почти ничего не осталось.

Дорхана создала чудовище… Он склонил голову и срывающимся от душевной боли голосом начал выталкивать из себя жгущие ему рот слова клятвы вассалитета. Когда он закончил, то осмелился поднять глаза на Несущего Пламя – тот насмешливо улыбался. Вождь клана вновь вздрогнул – неужели же он не примет клятвы? Но в шатре уже звучали слова:

– Я, Несущий Пламя, принимаю твою клятву вождь и беру клан Черных Волгхоров под свою руку.

Завтра же ты приведешь в мой лагерь своих воинов. А теперь вы увидите мое правосудие.

Предводитель повстанцев резко повернулся к одному охранявших его воинов, впервые услышавшему историю своего великого вождя.

– Ты слышал, Наор? Приведи ко мне Дорхану и всех ее подручных. Это даже не приказ, это моя личная просьба…

Воин на секунду задержал на нем залитые изумлением глаза, коротко поклонился и ринулся прочь из шатра. Несущий Пламя молча и неподвижно ожидал. Вождь и шаман Черных Волгхоров не решались даже переминаться с ноги на ногу, испуганно смотря на того, кого всего лишь полтора года назад считали самым обычным юношей своего клана.

Шаман пытался понять, какой же силы должны были быть гнев и боль искалеченного Риарха, чтобы из него выросло подобное жуткое существо. И не мог осознать этого. «Впрочем, – горько подумал старик, – ты-то сам такого не испытывал, так как же ты можешь судить?…» Он вновь посмотрел на повстанца и тяжело вздохнул – ведь если бы он уследил за Дорханой, то всего происшедшего могло бы и не быть… В настороженном молчании прошло более часа, прежде чем полог шатра распахнулся и двое дюжих воинов швырнули к ногам сидящего в кресле вождя шипящую, как разъяренная степная кошка, молодую черноволосую женщину со скрученными за спиной руками. Охранники стали за ее спиной, придерживая за плечи, и застыли неподвижно. Тот, кого всего лишь полтора года назад эта женщина зверски мучила, некоторое время молча рассматривал стоящую перед ним на коленях и прожигающую его ненавидящим взглядом дочь старейшины Тунха.

– Ну, вот мы и снова встретились, Дорхана… – голос его был хриплым.