Серые пустоши жизни

Затем низко поклонилась им и своим серебристым, переливчатым голосом сказала:

– Я к услугам леди… Мое имя – Альниэль.

– У нас совсем мало времени, – возбужденно сказала ей нервничающая Дара, уже задравшая подол платья и спускающая панталоны. – Давай начнем, только я сперва пописать хочу.

– Мой рот в полном распоряжении госпожи, – грустно ответила аллорна.

Дара отбросила панталончики в сторону и, беспрестанно облизывая полные губы и вся трясясь от волнения в предвкушении запретного удовольствия, уселась в кресло, закинув ноги на подлокотники. Аллорна взяла лежащую в сторонке небольшую подушечку, положила ее на пол перед креслом, в котором сидела девушка, опустилась на колени и начала нежно и ласково гладить и целовать внутреннюю поверхность ее бедер.

Ларна только сейчас поняла, для чего кресла были сделаны такими высокими – голова стоящей на коленях рабыни оказалась точно между ног сидящей Дары. Девушка во все глаза смотрела на то, как аллорна что тихо сказала ее подруге, та хрипловато рассмеялась в ответ и откинулась на спинку кресла, расслабляясь. Что было дальше, Ларне было плохо видно, но, несмотря на это, ее собственное возбуждение все усиливалось и усиливалось, панталончики, казалось, промокли уже насквозь. Вдруг Дара резко вздрогнула, застонала, задергалась, и в воздухе поплыл резковатый запах свежей мочи. «Писает… – растерянно подумала Ларна. – И хватило же совести…» Ей было страшно жаль несчастную аллорну, ведь та не имела права отказать клиентке ни в чем. Самой девушке уж точно бы не хватило решимости так унизить человека, хотя бы и рабыню для удовольствий. Ведь бедняжке же было противно… Хотя Ларне и очень хотелось сделать тоже самое. «А может все-таки… – растерянно думала девушка. – Может все-таки сделать… Ведь она уже глотает, не все ли равно, у одной, или у двоих?» А ее подруга тем временем уже кричала, извиваясь под длинным и умелым язычком рабыни. Через несколько секунд судороги сотрясли ее красивое, стройное тело, и Дара отчаянно завизжала. Аллорна еще несколько минут ласкала ее, затем встала, подобрала подушку и приблизилась к креслу Ларны. Девушка, трясясь от возбуждения, начала стаскивать с себя панталончики, но у нее ничего не выходило, и рабыне пришлось помочь ей. Она закинула, по примеру подруги, свои длинные ноги на подлокотники кресла и уставилась на голову аллорны, тянущуюся к ее самому интимному месту.

– Если госпожа желает помочиться, – очень тихо и грустно сказала рабыня, – то я осмелюсь попросить госпожу расслабиться и немного натужиться.

– Но… но тебе же будет противно… – возразила девушка.

– Пусть госпожа не беспокоится обо мне, я ко всему привыкла…

– Я еще не знаю, как… Я впервые…

– Ничего страшного, госпожа. Вы просто расслабьтесь.