Серые пустоши жизни

А сейчас Рада была совершенно не похожа на саму себя, и даже Дарин была потрясена до глубины души, она пыталась что-то сказать, но голос женщине не подчинялся, и ее челюсть следовало искать где-то внизу, но, отнюдь, не на том месте, где ей положено было быть от природы. Стражница остановилась перед своим командиром и уткнула той палец в грудь.

– Скажи мне, дорогая моя! – рявкнула Рада, сверля яростными глазами Дарин. – Кому из этих двух юных идиоток первой в голову пришло в Серую Башню переться?!

Та все еще пыталась собрать воедино свою челюсть, посему говорить не могла и лишь потыкала пальцем в сторону Ларны, продолжающей растерянно сидеть на полу и пораженно смотреть на происходящее.

– А-а-а… – медленно повернулась к ней стражница. – Так это ты, радость наша, эту чушь выдумала? Что, забыла уже, с какой разорванной задницей мы тебя между ящиков нашли? Еще хочешь?! Мало было?! Я-то думала, что это моя сорвиголова придумала, а ты тихонькая. Да теперь вижу, что в тихом омуте много чего водится… Что вам, Серый Убийца вам в задницы, на той Колхрии понадобилось?!

– Мама! – снова вспискнула у нее за спиной Нарин.

– А ты вообще молчи! – повернулась к ней Рада и с оттяжкой вытянула дочь ремнем, который держала в руке, рыжая оторва даже подпрыгнула от неожиданности, и губы у нее задрожали от обиды. – На Колхрию ей восхотелось?! А в рабыни для удовольствий желания не имеешь?! Смотри, там урежут, и гавкнуть не успеешь!

Тут Дарин не выдержала откровенного идиотизма ситуации и начала истерически хохотать. Рада некоторое время растерянно смотрела на нее, затем окинула глазами комнату, посмотрела на Ларну, сидящую на полу с раскинутыми ногами, и с полным непониманием ситуации взирающую на нее, глянула на надутую Нарин, старающуюся держаться от матери настолько далеко, насколько позволяла длина ее роскошной косы.

До стражницы до самой, наконец, дошла вся комичность происходящего, и она тоже начала хохотать. Отсмеявшись, женщины посмотрели друг на друга и снова начали смеяться. Они смеялись до тех пор, пока у них уже не осталось никаких сил. Наконец, Рада махнула рукой и отпустила Нарин, тут же воспользовавшуюся этим и отпрыгнувшую за пределы досягаемости рук матери.

– Но все же скажи мне, Дарин, – вздохнула стражница.

– Что же нам делать с этими двумя абсолютно бессовестными девчонками? Задницы, что ли, надрать так, чтобы и мысли о какой-то там Колхрии, чтоб ей, не возникало?

– Если бы это могло помочь… – тяжело вздохнула офицер. – Но не поможет… Я с утра у ведьмы была, у той, которая Ларну лечила.

– Она сказала, что если девочку с даром не обучить, то этот дар сожжет ее максимум за пять лет… Если не меньше… Хочешь не хочешь, а придется отпускать.

– Сожжет?.. – с недоумением протянула Рада.