Ворон. Осколки нас

А я вдруг поняла, что должна поступить так, как велит мне сердце, поэтому в последний момент сообщила Егору о своем желании поработать на смене детского лагеря, стартующей со дня на день в Сочи.

Безруков очень удивился и обрадовался, сразу же заказав мне билет на самолет. Они с командой специалистов вылетали уже сегодня ночью, поэтому мне нужно было поторопиться. Благо, на этот рейс оставалось еще несколько билетов.

Вернувшись домой, я принялась складывать свои вещи, в то время как Кирилл, словно каменное изваяние, мрачно наблюдал за происходящим. Так как вещей у меня было немного, сборы заняли не более десяти минут.

Потом я снова позвонила Егору, согласовывая с ним марку швейных машинок, подходящих для обучения детей. Он заранее узнал, где можно их арендовать на случай, если я соглашусь поехать, и теперь собирался воплотить свой план в жизнь.

Далее я связалась с Артемом, и честно обо всем ему рассказала.

К счастью, Апостолов заверил меня, что при желании я без всяких санкций с его стороны могу больше не выходить на работу. Оказывается, Наталья Леонидовна, предчувствуя мое неминуемое увольнение, заранее подыскала кого-то на должность администратора.

От моего сердца отлегло, ведь, как бы я не храбрилась, оставаться в «Патриках» в свете нынешних событий, увы, было невыносимо. В голове пронеслась вереница любопытно-осуждающе-злорадных взглядов посетителей и коллег. Ох уж этот общественный «самый гуманный» в мире суд…

Закончив разговор с Артемом, я вновь посмотрела на Кирилла.

Он замер около окна, положив руки на подоконник, и тяжело дышал. Тихонько подкравшись сзади, я крепко его обняла, смыкая ладони замком на напряженном животе любимого мужчины. Втянув носом уже родной дурманящий запах его тела, я блаженно прикрыла глаза, стараясь игнорировать разбегающиеся по бедрам мурашки.

— Поехали в ЗАГС? — прохрипел Кирилл.

— Я не могу опоздать на рейс. Ты же знаешь… — хрипло отозвалась после непродолжительной паузы.

— Ну, какой, на х*й, рейс, Лебедева?! Я никуда тебя не отпущу… — развернувшись, Кирилл осатанело потянулся к моему рту, повелительно раскрывая его языком, и начал так жадно целовать, поочередно захватывая то верхнюю, то нижнюю губку, что у меня подкосились ноги.

— Алина… — он очень медленно прошелся по изгибу моей шеи кончиком языка.

А потом вновь соединил наши рты в эротическом влажном танце, заставляя меня подстроиться под его ритм. Не переставая восхитительно сладко целовать, Кирилл подталкивал меня в сторону кровати.

— Погоди, Кирилл… Погоди… — и хоть я моментально воспламенилась от его несдержанных ласк и прикосновений, в голове до сих пор творился бардак.

Я почувствовала что-то вроде барьера. Внутреннего. Внезапно мысли унесли меня к той. Другой.