Шагая над бездной. Наследники магии

Но разглядев на месте водителя светловолосого мужчину, нижнюю часть лица которого закрывала черная ткань, почему-то попятился назад. Но смог сделать только один шаг – на большее его воли не хватило. И пусть ментальной магией наш Себастьянушка владел не особенно хорошо, но мысленные приказы при близком контакте глаза в глаза отдавал мастерски.

– За нами еще двадцать антарий, – бросил он, продолжая смотреть на митора. – Пропустишь всех. И выпустишь потом тоже всех, независимо от того, что тебе прикажут. Понял?

– Да, – безжизненным тоном отозвался сотрудник полиции.

Мы снова двинулись вперед, теперь уже направляясь прямиком к кладбищу. Никто больше не чинил нам препятствий, хотя по мере приближения к месту военных и миторов становилось только больше. Все это оказалось… странно. Даже думать не хочу о том, что чувствовал Клевер, окруженный таким количеством врагов, но лично мне было как-то жутковато. Да, когда-то эти люди считались моими коллегами, возможно, с кем-то из них мы даже были знакомы лично. И лишь теперь, прибыв сюда вместе с магами, я смогла в полной мере осознать, насколько сильно изменилась моя жизнь.

У ворот нас уже ждали. Причем выглядело это своеобразно. По обеим сторонам от широкой дороги выстроились вооруженные солдаты, а впереди, в круге света от нескольких ламп, стоял тот самый митор пятой категории, которого мы сегодня видели по кайтивизору. Рядом с ним обнаружились министр внутренней безопасности – митор Галирон и его императорское величество собственной персоной.

– Он-то тут зачем? – едва слышно прошипел Кел себе под нос. После чего обернулся к Олиту, окинул того придирчивым взглядом и велел закрыть лицо.

Я сделала то же самое без лишних напоминаний. Теперь мы с Олли были полностью замотаны в черное – открытыми оказались только глаза. И пусть вероятность того, что нас узнают, была близка к нулю, юный принц все равно переживал.

– Вы молчите, я говорю, – бросил наш предводитель, чье нервное состояние теперь стало попросту невозможно скрывать. – Олли, если хотя бы вякнешь, можешь забыть, что мы братья.

Тот быстро кивнул, но отвечать ничего не стал. Вероятно, посчитал, что вякать нельзя даже сейчас.

– Эли, – продолжил напутствия Кел, но, поймав мой взгляд, только тяжело вздохнул. – Постарайся, чтобы тебя не узнали. Это важно. В остальном ты знаешь, что делать.

Он взглянул в зеркало заднего вида, удостоверился, что последняя антария наших сопровождающих остановилась на обочине, и только после этого дал знак выбираться наружу. Дверцы мы открыли синхронно, на землю ступили уверенно, а когда Кел, расправив плечи, двинулся прямиком к императору, пошли за ним.

Полагаю, что со стороны это выглядело странно.