Шагая над бездной. Наследники магии

Ты – преступник, и сына моего ты похитил. Что я могу о тебе знать? Что ты устраиваешь диверсию за диверсией? Что в борьбе с твоими магами гибнут мои солдаты? Что каждое твое появление сеет панику среди простых жителей?

– Мы никого не убиваем! – выпалил Кел, который уж точно не ожидал услышать этих обвинений.

– Ты… может, и нет, а многие другие из твоих людей ценят жизнь митора не выше жизни комара. – Его величество медленно поднялся и, сложив руки перед грудью, продолжил: – Тебе известно, сколько солдат и мирных жителей каждый год умирает от рук магов? Нет? Сотни, Клевер.

Мы все для них враги. Ты хочешь мира? Желаешь, чтобы одаренные жили среди простых людей? Но что ты для этого делаешь? Устраиваешь диверсии? Тогда ответь мне: ты хоть на шаг продвинулся к своей цели?

Я видела, что Кел воспринимает его слова как удары. Что он бы и рад ответить, да только никак не может собраться с мыслями. Почему-то несмотря на все высказывания и громкие заявления, для него Олдар все равно являлся авторитетом. Полным и безоговорочным. И тем не менее лидер «Свободы магии» все же сумел взять себя в руки и, поднявшись с дивана, остановился в двух шагах от императора.

– Мои диверсии спасли десятки жизней! – прорычал Кел, зло глядя в глаза стоящего напортив мужчины, такие же зеленые с синими искрами, как и у него самого. – Благодаря этим самым диверсиям впервые за многие годы гадкий костер в столице так и не зажегся! Они же свели меня с Олитом, которого до личной встречи я не собирался увозить с собой. И пусть большого блага они не приносят, но я все равно делаю хоть что-то!

– А ты не думал, что изменить мир в одиночку невозможно? – зло выпалил император.

– Я не один. У меня есть друзья, которые не предадут… не бросят, не отправят на верную гибель, нарушив свое же слово!

Кел был не просто зол, а находился уже почти на грани срыва. И в этот момент произошло то, что заставило меня внутренне похолодеть.

– Сядь, – ровным, замораживающим тоном проговорил император.

И Кел, как ни странно, повиновался, даже не подумав ослушаться. Вот только я почему-то чувствовала, что это не просто приказ… а нечто куда более страшное. А император тем временем продолжил:

– Тебе было двенадцать.

Ты не знаешь и половины того, что тогда случилось! Тебе проще обвинить всех, включая собственную мать, которая, к твоему сведению, тогда едва выжила.

– Ты отправил на костер моего отца! – выкрикнул Клевер, сбрасывая с себя непонятное оцепенение, но вставать на этот раз не стал.

– Я отправил на костер негодяя, который предал не только меня, но и тебя, и Диану! – Его величество не повысил тона, но от звучания его ледяного голоса мне почему-то стало по-настоящему страшно. – Он заслужил свою смерть.