Шагая над бездной. Наследники магии

Последнее, что помню – холодные синие глаза стоящего надо мной Гаррета и его ухмылку, не сулящую мне ничего хорошего.

Было жарко. Даже нет… не жарко – обжигающе горячо. Мне казалось, что я горю. Вся, от кончиков волос до пальцев на ногах.

Огонь ощущался повсюду. Он окутывал меня коконом, обжигал кожу и, казалось, раздумывал, как бы проще меня спалить. Я почти не чувствовала рук… только жар пламени, кусающий меня, словно стая собак.

Сознание возвращалось неохотно, зрение отказывалось фокусироваться, а голова кружилась так, будто меня основательно накачали крепким алкоголем.

В моменты просветления я чувствовала, что вокруг меня помимо огня находятся какие-то люди. Они что-то кричат или даже требуют. Иногда мне даже удавалось разглядеть их лица – мужские, женские, даже детские. Да только спустя мгновение я снова проваливалась в черное нигде.

А потом меня выдернули обратно в реальность. Ума не приложу, как такое вообще возможно, но мое сознание будто снова получило свободу, окружающий мир обрел краски, и вроде бы стоило порадоваться… Увы, в моем случае радоваться оказалось абсолютно нечему.

В какой-то момент я даже была готова умолять, чтобы меня снова погрузили в беспамятство, потому что происходящее вокруг казалось не просто пугающим, а поистине жутким.

Судя по всему, время давно перевалило за полночь. Дождь уже закончился, но небо все еще закрывали тяжелые грозовые тучи. Я находилась посреди незнакомой площади, освещенной электрическими фонариками. Вокруг толпились люди, взирающие на меня с откровенной ненавистью. Но в данных обстоятельствах их негативное отношение казалось мне глупой мелочью. Вообще, будучи прикованной к столбу в окружении самого настоящего пламени, начинаешь иначе относиться ко многим вещам.

Связанные над головой руки давно затекли, оттого я почти перестала их чувствовать. В мыслях все еще была каша, но даже не это важно. Ведь меня точно собирались казнить. Сжечь точно так же, как в империи сжигали магов. А все эти зеваки собрались лишь для того, чтобы посмотреть, как я буду корчиться от боли.

Огонь вокруг меня уже горел, причем дров здесь почти не было. Пламя распространилось по кругу и теперь то подбиралось ближе, обжигая кожу обнаженных ног, то отступало, словно дразня.

Мое платье местами обуглилось и теперь выглядело совсем уж странным. С правой стороны оно сгорело почти полностью, как и белье, так что собравшиеся вокруг люди могли лицезреть меня во всей обожженной красе.

Твари! Как можно вообще по собственной воле глазеть на такое?!

Я чувствовала ожоги везде, даже на лице, но больше всего пострадали именно ступни. А ведь все это только начало. Полагаю, что в сознание меня вернули, чтобы услышать, как я кричу.