Школа Делавеля. Чужая судьба

Но я упорно продолжала отчаянные попытки достать его магией, хоть разок пробить его щиты, и как заведенная шептала: «Я кремень! Я кремень! Я кремень!» А самоуверенный мужчина лишь ухмылялся, глядя на меня завораживающими глазами, и в очередной раз с огромным удовольствием охаживал мой бедный зад.

Драконище вымотал меня несказанно. Наконец, заметив, что занятие окончилось, курсанты уже покинули поле, и только мы продолжали «воевать», я не выдержала и кинулась на него с кулаками:

– Я не хочу тебя! Ты мне не нужен! Не нравишься и вообще… – мой язык неожиданно распух, занемел.

Вспомнилась клятва, данная в школе драконам. Вернее, хитростью полученная ими!

Стейнар перехватил меня за плечи, встряхнул и, мягко улыбнувшись, пожурил:

– Ты врешь и сама об этом знаешь!

В ответ замотала растрепанной головой, разбрызгивая в стороны капли дождя:

– Я не хочу хотеть тебя!

Такие же капли текли по смуглым, немного впалым щекам и высокому лбу мужчины, настойчиво пытавшегося достучаться до меня:

– Ты говорила, что не считаешь меня уродом. Более того – что я для тебя красивый, по-своему…

– Ты воспользовался моим бессознательным состоянием! Выпытал! – начала вырываться я, чувствуя, как изнутри захлестывает волна вожделения, грозя снести остатки здравого смысла.

Не хватало еще посреди форта, белым днем, наброситься на Стейнара и принародно лобызать его волосатые конечности. Кошмар!

И снова мысленно отчаянно повторяла как заклинание: «Я кремень! Я кремень! Я кремень!»

Но хитрый коварный дракон уже зажег мою кровь в поединке, сломал между нами преграды, прижал к своей груди и, обхватив мое лицо ладонями, настойчиво, лихорадочно зашептал:

– Лютик, девочка моя! Я буду тебе хорошим мужем! У тебя будет все, что захочешь… Ты же мечтала о семье, детях, мужчине… Я все это тебе подарю! Просто поверь мне…

Я слышала обещания, но смысл сказанного с трудом доходил до меня.

Мужские ладони обжигали кожу, сама я невольно прижималась к ним то одной щекой, то другой, терлась словно кошка, жмурясь от чувственного восторга.

«Я кремень! Я кремень! Я кремень!» – припевом его словам мысленно все тише звучали мои.

– Тебе? А что ты сделал? Чтобы верить тебе? – прохрипела я, покусывая его плечо, пробуя на вкус смуглую кожу и слизывая с нее капельки дождя.

Оказывается, он такой вкусный…

«О боги! Я кремень! Я кремень! Я кремень!»

Почувствовав, что Стейнара пробрала сильная дрожь, сопровождаемая глубинным звериным рыком драконьей сущности, исторгнутым из груди, я встряхнулась и оторвалась от его тела. Заглянула ему в глаза и чуть было снова не утонула от бушевавшей там страсти. Ему до грани, за которой нет преград для рассудка, осталось немного.