Школа Лысой Горы. Тайны Калинова моста.

Что она так зациклилась на своих невеликих магических силах, случайно доставшихся ей по воле причудливой судьбы? Человек – это звучит гордо, не менее гордо, чем «маг» и «высшая нечисть»!

«Надо после собрания к физику подойти – уроки с ним могут помочь мне верней напутствий великого демиурга Рода Вааловича», – понадеялась Василиса.

___________________________________

*ОМИИ ПАСК – общемировой исследовательский институт паранормального и сказочного.

Кабинет физики располагался вплотную к кабинету математики: он был следующим в ряду второго этажа после кабинетов Яги Лешевны и Василисы. Более того, кабинеты физики и математики имели общую лаборантскую, но та была давно и надёжно оккупирована Алексеем Семёновичем, полагавшим, что математикам для трудов праведных нужны только бумага, карандаши и стирательные резинки – лаборантские им ни к чему. Поскольку шкафов и стеллажей в её кабинете вполне хватало для учебников, плакатов и прочих инструментов учительской деятельности, Василиса не пробовала отвоевать себе кусочек захваченной территории. С её стороны вход в лаборантскую был завешан таблицами квадратов и степеней, она даже не в первые дни работы заметила эту дверь, выкрашенную в цвет стен.

Вот и сейчас она постучалась в дверь кабинета физики, выводящую в общий школьный коридор, и заглянула к коллеге.

– Что у вас за странная манера ходить исключительно через двери? – рассеянно пробурчал Алексей Семёнович. – Откуда такой лютый консерватизм в столь юном возрасте?

– Это не консерватизм, а недостаток знаний, – покаялась Василиса. – Управление магическими силами даётся мне нелегко, вот я и подумала, что достижения физики вернее помогут мне перемещаться через другие измерения.

– Верно подумали! Антинаучная магия – это всё тлен и суета, не подобающие приличному человеку. Всяческая дребедень вроде паранормальных способностей – совершенно излишний бонус для разумного существа! – подскочил физик. – На кой вам мистические силы при хорошем-то знании математики? Сила мысли способна изменять структуры пространства лучше любой магии! Я набросаю вам простейшее уравнение самой примитивной линейной трансгрессии, открытое Нострадамусом ещё в далёком XVI веке.

– Погодите, но математический анализ зародился только в XVII веке, – слабо запротестовала Василиса при виде «простейшего уравнения».

– Глупость, которую вам не следует озвучивать перед мэтрами – конфуз выйти может, тем более что дух великого учёного Средних Веков ещё работает в нашем ОМИИ, – погрозил ей карандашом Алексей Семёнович. – До широкой общественности знания доводились (и до сих пор доводятся) медленно и дозированно – во избежание эксцессов и крахов экономических, охранных и всех прочих систем.