Школьный Надзор

– Нечестно! – прошипел с земли Влад Чижов.

– Честно, – не согласился Александр. – Вставай, ковбой, а то простудишься.

Он дистанционно поднял незадачливого дуэлянта. Обернулся к Дмитрию с его спеленатым противником:

– Вы как раз вовремя! Трудно было?

Вопрос адресовался явно не Федотову.

– Не думал, что меня так выручит по жизни любовь к литературе, – ответил Дмитрий.

О том, что это уже второй случай после прыжка через два уровня, он решил промолчать.

– Никогда не знаешь, что пригодится, а что нет, – сказал куратор от Инквизиции. – Все, выходим.

Они снова появились в привычной человеческой реальности, все четверо прямо перед Юрой Щукиным.

– Феноменально, – глубокомысленно сказал тот.

– Сам ты… феномен, – ответил Дреер.

– Испытываю болевые ощущения в области головы, – сообщил Юра.

– Есть ли голова у любого из вас – это уже под вопросом. – Дреер на всякий случай и на Щукина набросил Сеть.

– Трибунал решит, – вставил Александр. – Есть голова или нет, сносить или не сносить.

Слово «Трибунал» возымело магическое действие без всякого применения Силы. Темные притихли. Александр для верности наложил еще одно заклятие, сковавшее нарушителей втроем.

– Постой с ними здесь на всякий случай, – велел куратор Дмитрию. – А я пойду вызволять дозорных.

Дмитрий через несколько шагов все-таки его догнал.

Инквизитор остановился.

– Экскалибур. Первым такую игрушку опробовал Мерлин. Он еще артефакт сделал в виде меча, который выигрывал все поединки. Но сначала это было просто заклинание.

О таком рассказывали на курсах. Магия, действующая в обход закона причинности. Александр захватил Чижова раньше, чем послал заклятие. Вот зачем он потом сделал пассы, их все равно приходилось совершать задним числом.

Лишь немногие маги смогли бы это применить. И все они были Высшими.

Офисы Ночного Дозора, наверное, во всех городах похожи один на другой. И все хранят консервативный дух старых, еще советских учреждений. Здешний в этом ключе мог считаться образцовым. В нем было даже нечто вовсе не петербургское, а петроградское. Старинный, породистый дом с парадной и чугунными лестницами. Шкафы, казалось, еще помнили Керенского. Длинные письменные столы на резных ножках, один даже обит зеленым сукном.

А еще высоченная, до потолка, печь с изразцами. Не хватало разве что древнего коммутационного телефона, в трубку которого нужно было кричать, накручивая ручку: «Барышня, Смольный!» Вместо таких почтенных аппаратов контору заполняла вполне современная оргтехника, а на каждом благородном столе имелся компьютер или ноутбук.

Зато, когда Дмитрий увидел «детскую комнату», то в первые секунды потерял дар речи. Надзиратель попал в точную копию такого же помещения в их собственном городе.