Школьный Надзор

Зов усиливался, звучал в черепной коробке, будто живой сладкозвучный дискант юного Робертино Лоретти.

По аллее от пандуса Дмитрий вышел на просторную каменную террасу, уставленную статуями. Кажется, она именовалась Гранитной. С террасы открывался вид на цветники и озеро с Чесменской колонной.

На террасе никого не было. Только на ближнем дереве каркнул спрятавшийся в кроне ворон.

«Тебя здесь не хватало… неверморыш», – мысленно сказал Дреер и сам усмехнулся придуманному для пернатого англо-русскому обзывательству.

Зов, однако, прекратился.

– Здравствуйте, Дмитрий Леонидович, – сказала девочка Аня Голубева.

Она стояла на террасе рядом с Дреером, как будто все это время шла рядом с ним. Собственно, наверняка она так и сделала. В Сумраке.

– Здрасьте! – Неподалеку обрисовался Артем Комаров.

Послышалось еще несколько заздравных восклицаний, как если бы Дмитрий влез в школьную обсерваторию, где вокруг телескопа расселись «мертвые поэты».

Гранитная терраса, обманчиво пустая еще несколько секунд назад, вдруг наполнилась людьми. Подростками.

Сидел на балюстраде Толик Клюшкин. Прислонившись спиной к перилам, скрестил руки, эффектно обхватив плечи тонкими длинными пальцами, Карен Саркисян. Он сейчас походил на актера, играющего Пушкина, так сказать, в естественных декорациях. Но Дмитрий вспомнил другого актера, Бэлу Лугоши в образе Дракулы, и подумал, что с такими пальцами нужно было стать вампиром, а не оборотнем. Странно все же распорядился Сумрак.

У скульптуры женщины, склонившейся над чашей, примостился еще Стас Алексеенко.

Не было только почему-то Гоши Буреева и близнецов Даниловых.

– Приветствую, господа хорошие! – ответил им Дреер. – Но так нечестно!

– Что нечестно? – удивленно посмотрела на него Анна.

«Поэты»-мужчины выражений лиц не поменяли.

– Выдергивать посередине осмотра. Я же первый раз в Лицее. Можно сказать, давно мечтал, спал и видел. Вам про него рассказывал, а сам ни ногой.

– Мы подумали, вы там что-то долго… – словно оправдываясь, сказала девочка.

– То есть вы за мной следили?

Анна, кажется, смутилась.

– Пришлось, Дмитрий Леонидович, – болтая ногами, отозвался Толик Клюшкин. – Мало ли чего с вами может случиться!

– Спасибо за заботу, – с долей сарказма ответил Дреер. – Но вообще это ведь я надзиратель. Был. И вся школа тоже – была.

Темные не дрогнули. Но Голубева не была Темной.

– Извините, – просто сказал девочка. – Так надо. Это не навсегда.

– Стас предлагал вас из школы вывести, – сообщил Артем Комаров.

– Премного благодарен, – сказал Дреер. – Вот уж не ожидал. Честно, Стас.

Алексеенко потупился.

– Это я сказала, что не надо, – сделав над собой усилие, выговорила Анна. – Так было для всех лучше.

– Светлое решение, – отозвался Дмитрий.