Ты не такая! Да, я майор спецназа

Вновь села рядом с Космеяном и почувствовала, как мужская ладонь коснулась моей руки, и меня будто током прострелило, и тепло стало собираться внизу живота, отчего чувствовалось давление, а потом пульсация.

Прикосновения Лисьэна будто бы проникали мне под кожу, я их чувствовала каждой клеткой своего тела. Почувствовала, как он повернул голову, глядя на наши руки, и я повторила его движение. Руки светились, и сейчас их пронизывали нити, которые выходили из инфополя и шара, который образовался над нами. Свет вокруг нас становился все больше и ярче и двигался все больше, увеличивая скорость.

Мне казалось, мы сливаемся воедино."

"Внезапно корабль тряхнуло, мы оба упали на холодный пол корабля, но даже это не смогло разорвать нашу связь. Внезапно звуки корабля, скрип и гул двигателей растворились в тишине, заставляя наши сердцебиения звучать, как одна мелодия. Я улыбнулась, смотря в его глаза, которые светились так же, как и мои, отражая ту бесконечную бездну, что окружала нас.

На глянцевом, холодном полу космического корабля, мерцающем разнообразными цветами, два существа, казалось, забыли обо всем мире.

Они падали вместе в мир, где нет законов физики — только их объятия, полные огня, и шепоты, полные нежности.

Сильные руки Лисьэна обняли мою изящную талию, притягивая плотнее к себе. Наши дыхания сливались, создавая нежную симфонию страсти в тишине окружающего пространства. Мягкие мужские губы медленно коснулись моей шеи, вызывая мурашки по всему телу, я тихо дышала, чувствуя, как его дыхание обжигает мою кожу. Он поднял взгляд, наши глаза встретились, затуманенные страстью, я поняла, что между нами есть нечто большее, чем просто желание.

Мои руки скользнули по его мускулистым плечам, погружаясь в волосы мужа, притягивая его обратно к себе — мне нужны были его губы. Корабль вновь тряхнуло, и вокруг нас стали расходиться поля, как круги на воде.

Вот только нам было все равно — его губы нашли мои и поцеловали с такой страстью, что я не могла не ответить ему с такой же, будто сейчас она была одна на двоих. Вокруг нас мир казался малозначительным — лишь кучка металла, теряющаяся в бескрайности вселенной. В этот момент мы стали архитекторами своих собственных вселенных, строя замки из чувств и эмоций, которые не могло разрушить касание телами холодного пола.

Этот холод на секунду отрезвил меня, и я осознала, что уже не только без балахона, но и без кофты, в одних штанах и белье. Лисьэн тоже уже был без верхней части формы и красовался передо мной великолепно накачанным торсом, половина которого была покрыта матрицей. Сейчас она вся светилась, и я протянула к ней руку — и на моей руке сейчас тоже светилась матрица.