Штрафники

Странно, пятнадцать минут назад должны были принести обед, но никто не появился. Хотя обычно «аппаратные» тюремщики на редкость пунктуальны. Или меня уже сняли с довольствия: либо в связи с оправданием, либо в связи с приговором. Ладно, подождем. Скоро все прояснится. Ни с тем ни с другим они не мешкают, насколько известно. А жратва из «советской столовки» – не ахти какая потеря!..

Вытряхнув из пачки последнюю сигарету, я решил покурить напоследок, но щелкнуть зажигалкой не успел. Лязгнула отпираемая дверь. В камеру зашли двое незнакомых мужчин в штатском.

– Собирайтесь, майор, вас ждут, – вежливо предложил один, постарше.

– Но сперва в душевую, – добавил другой, помоложе и критически оглядел мою недельную щетину.

– Идем, – согласился я, поднимаясь со шконки, по-прежнему в неведении насчет ближайшего будущего. Помыть могли и перед казнью. Допустим, перед «не вернулся с задания». По моему внутреннему убеждению, ни на «несчастный случай», ни на «розыск» я не тянул. А на легкое наказание (если уж не простили!) в силу известных вам обстоятельств рассчитывать тоже не мог.

– Проходите, пожалуйста, – предложил первый из «штатских», указывая на распахнутую дверь. – Времени, – он бросил взгляд на часы, – у нас не слишком много. А вам надо успеть помыться, побриться и переодеться…

Пройдя по гулкому тюремному коридору, мы зашли в кабину лифта, проехали несколько этажей (в основном подземных) и выгрузились в квадратном помещении с двумя пластиковыми дверями. На одной висела табличка с надписью «Душевая», на другой – «Костюмерная».

– Будьте любезны поторопиться, – сказал старший. – Мы обождем вас снаружи.

Пожав плечами, я нажал ручку «Душевой»…

Минут через сорок вымытый, чисто выбритый, пахнущий дорогим французским одеколоном, одетый в ладно скроенный летний костюм и в сопровождении тех же «штатских» я приблизился к двери с бронзовой табличкой «Генерал-лейтенант Нелюбин Б.И.». Передав меня с рук на руки пышногрудой секретарше, «штатские» удалились. А я спустя секунды очутился в знакомом кабинете, где уже бывал однажды осенью минувшего года. Тогда Нелюбин лично экзаменовал меня на предмет вхождения в образ старого мерзавца Андерсена (см. Бросок кобры»)… Но в тот раз Борис Иванович находился в кабинете один, а сейчас вместе с ним за столом с ополовиненной чашкой чая в руке сидел… Костя Сибирцев! Так же, как и я, свежевымытый, свежевыбритый, благоухающий, в новеньком костюме с иголочки.

– …вает, как мы будем решать вашу семейную проблему? – услышал я окончание фразы Нелюбина.

– Да, устраивает, – глухо подтвердил Костя.

– А-а-а! Дмитрий! – увидав меня, засветился казенной радостью генерал. – Вас-то мы и дожидались, чтобы перейти к главному. Присаживайтесь поудобнее.