Шуры-муры с призраком

– Майка училась вместе с тобой, она твоя подруга, вы до сих пор общаетесь по телефону. Но в гости друг к другу не ездите. Я ее и Андрея всего раз видел, когда они у нас свидетелями в загсе были.

– Фединой сейчас не до посиделок с друзьями, – мрачно объяснила Лиза. – У них дочь больна, вылечить ее могут только в Америке, нужно семьсот тысяч долларов. Ради спасения ребенка отец с матерью на все пойдут. Я договорилась с ними обменяться судьбами.

– Что? – обомлел Виталий. – Это как?

– Нас убьют, – деловито продолжала Лиза. – Сначала пытать будут, заставят адрес, где баксы лежат, сказать, потом пристрелят, надо исчезнуть. Все очень просто. Я стану Майей Фединой, ты Андреем Яковлевым, а они превратятся в нас. Мы убежим, спрячемся, нас не найдут.

– Идиотская затея, – обомлел Хрусталев, – и глупая. Во‑первых, у них есть дочь, а у нас нет. Как мы объясним, куда девочка делась, если люди интересоваться начнут?

– Она скоро умрет, – отмахнулась Елизавета, – ее ничто не спасет, а мы будем говорить, что лишились ребенка, но никто нас об этом спрашивать не станет.

– Ты сумасшедшая, – возмутился Виталий, – придумала бред полный.

Жена схватила его за плечо.

– Хочешь стать покойником? Вон они, идут. Решай, мы прячемся, или нас убивают.

– Вы обменялись с настоящей Фединой биографией? – уточнил Костин.

– Да, – прошептала хозяйка клиники и закашлялась.

Володя налил ей воды.

– Меня всегда удивляет, когда в телесериалах герои берут чужой паспорт и спокойно по нему живут. Да, фотографии в документах на редкость неудачны, но, например, Евлампия и вы совершенно не похожи. Ладно, простому обывателю еще можно наврать про то, что потолстела-похудела, сменила прическу. Но сотрудники полиции, ГАИ, банковские служащие, кассиры – масса людей вокруг могут понять, что им показали чужую ксиву.

Федина сжала ладонями виски.

– Яковлев тогда работал в ОВИРе, у него был телефон парня, который мог сделать любой документ. Нам выправили паспорта, самые что ни на есть подлинные, в них вписали данные Фединой и ее мужа, но вклеили наши фото. А им состряпали документы с нашими именами-фамилиями.

– Лиза Кнутова стала Майей Григорьевной Фединой, а Виталий Павлович Хрусталев превратился в Андрея Яковлева? – повторила я.

– Да, – подтвердила собеседница, – и никакая проверка не могла ничего обнаружить. Обычно те, кто мастерят фальшивки, идут двумя путями. Выписывают паспорт на никогда не существовавшего гражданина, но это до первой серьезной проверки. Начнут копать, и мигом откроется: такого человека на свете не было, в школе он не учился и т. д. Или выдают заказчику паспорт на имя того, кто умер.