Сюрприз для маркиза

Тристан же видимо на столько привык к моей непредсказуемости, что ни один мускул не его лице не дрогнул, словно он каждую ночь проводит в покоях правителей расставляя ловушку на неупокоенную сущность.

Некоторое время спустя я и Тристан лежали на огромном ложе. Резная спинка кровати красного дерева изображала сцену древней охоты на огромного волка, что проглотил солнце и луну, шелковый балдахин продолжал рассказывать этот миф, показывая искусно вышитую историю на полотнище. Огонь камина отбрасывал причудливые, странные тени, искривляя очертания предметам и нагнетая, и без того нервную, обстановку. Несмотря на это, в объятиях любимого мне было спокойно и уютно. Его присутствие вселяло в меня уверенность и ожидание не было таким томительным.

Когда звуки стихли, огонь в камине погас, а маркиз, казалось задремал, перестав нервно всматриваться в дверной проход, по полу тонкой струйкой заклубилась, завиваясь в спирали туманная дымка, повеяло ледяным холодом и изо рта любимого, с дыханием, вырывалось теплое облачко пара. Тьму казалось можно резать ножом, а Вилли в голос зарычал и припадая на задние лапы стал заливисто, до хрипоты брехать на сумеречную фигуру. Словно не замечая пса, не таясь и не опасаясь, ко мне шёл призрак. Одежда была в пыли, волосы спутаны, ногти были сломаны и кровоточили, на шее был кожаный ошейник, пропитавшийся кровью из раны, к нему была пристегнута цепь, которая с противным звуком волочилась за мечущейся душой. Я бесшумно откинула покрывало и встала на встречу призраку. Если бы оно было живым, наверное, шок — это то, что можно было бы прочесть на лице мечущейся сущности.

— Оооооо, — прохрипело оно. — Гоооооооди. Убирайся. Он — мооой. Я не отдам егоооо. — По моей шее побежали мурашки, привидение оскалилось и хрипло засмеялось. Звук был такой, словно кто-то проводит вилкой по стеклу. Оно подплыло ближе, хищно скрючив пальцы и оскалив черные зубы. — Мооооой. Слышииииишь.

— Слышу, — ответила я ей. — Губа у тебя не дура.

Призрак женщины опешил от такой наглости и стал наступать. Шипя и брызгая ядовитой слюной, она подбиралась все ближе. А я только этого и ждала, только что ногой в нетерпении не притопывала. Как только оно достигло нужной точки — подвинула камень. Седьмой кристалл встал на нужное место. Неупокоенную душу притянуло в центр круга и шмякнуло об пол. Она забилась в конвульсиях хрипя и изламываясь телом под немыслимыми углами, не забывая при этом изрыгать проклятья. Её образ менялся. Вот почти скелет, с разложившимися частями тела, вот умертвие с красными глазами и серой плотью, вот призрак, каким я увидела его мгновение назад…  Её трясло еще некоторое время, она была очень сильна и сопротивлялась изо всех сил, и все же я сильнее.