Сюрприз для маркиза

Она уверенно шла на поправку, но пока ещё не приходила в себя, и когда я утром пришла в герцогские покои, чтобы побыть с ней, она все так же неподвижно лежала на простынях. Но изменения в лучшую сторону были на лицо. К губам вернулся прежний нежный цвет пионов, кожа вновь стала персиковой, шрам затягивался не так быстро как хотелось бы, но характер раны был магическим, так что это было не удивительно.

Когда я стала протирать тело подруги влажной тканью, в комнату ворвалась Теана. Ее Высочество была бодра, весела, полна сил и желания помочь. По ее словам, у неё был опыт обращения с ранами, и она с присущей ее неунывающей натуре рвением, принялась за смену повязки и наложение целебных мазей и примочек. Оживлённо щебеча обо всем и ни о чем, мы незаметно сделали для Нори все, что было необходимо. Я присела переплести подруге косы, а Теана профессиональными движениями стала массировать Оноре руки и ноги с использованием крайне вонючего но, по словам Цессы, невероятно эффективного масла от пролежней. Повторно обтерев, теперь уже приторное масло с кожи, мы в четыре руки проворно одели Нори и попросили служанку принести тай. Теана добавила к заказу побольше сладкой выпечки. Определенно Цесса мне нравилась все больше.

После терпкого бодрящего напитка, дождавшись смену «караула» в лице бабушки и сестры Нори, мы решили прогуляться по дворцу. Я напросилась на экскурсию в малую картинную галерею. Большая перед Зимником была на реконструкции — всех Сиятельных предков на многочисленных полотнах приводили в порядок, а вот аристократы поменьше рангом, заслужившие по разным причинам место в галерее картин, висящих в Светлом зале, такой чести не удостоились.

Портреты завораживали меня как ночное светило завараживает волка, я могла долгое время вглядываться в незнакомые черты, рассматривать старомодные наряды, обнаруживая сходства фамильных черт и артефакты, передающиеся из поколения в поколение. А Теана просто любила живопись, любую. Она сказала что раньше ее любимой темой полотен было море, а самой любимой картиной «Утро на море» мариниста, фамилии которого я не знала. Сейчас же у нее есть любимый портрет, который манит ее. И каждый раз, приходя в эту галерею, она в начале идёт к нему, а уж потом смотрит на другие полотна.

Вилли цокал когтями по паркету, не отставая от меня ни на шаг. Утром я прогулялись с ним в цесском саду, и он вольготно побегав по ухоженным просторам, вел себя прилично и почти не шалил. Супруга Вседержителя не видела пса, но то и дело жаловалась на холодок пробегающий по ее руке или бедру, и я рассказала ей про хаунда. Она захлопала в ладоши от переполняющих ее эмоций, и очень сожалела, что ей не удается рассмотреть потустороннюю сущность.