Скажи миру – «нет!»

– Конечно, – кивнул я, поднимаясь, – посиди…

…Дежуривший Игорь Северцев бесшумно встал мне навстречу из-за мшистых камней. Если он и дрых (да нет, не в его характере это было), то внешне это никак на нем не отразилось. И вообще Север изменился меньше всех нас. По крайней мере внешне.

– Доброе утро, – кивнул я и оперся о камень. – Ну, как дежурство?

– Перед самым рассветом, как заступил, вон там, – он указал подбородком в скалы, – кто-то ревел. Довольно страшно, если честно… Может, пещерный лев, как у Жоржа Рони-старшего?.. Что со Бэном?

– Нервы, – коротко ответил я.

 – Ладно, сейчас будем подниматься. И сегодня начнем искать хорошую пещеру.

– Продукты надо спешно запасать, – высказался Игорь. – Зелень обязательно, а то…

– Знаем, читали про цингу, – ответил я. – Запасем, осень-то еще только начинается… И зимняя одежда нужна, шкуры… – Я вздохнул. – И до фига всего.

– Тут дальше много этих туманных пятен, – задумчиво вспомнил Игорь. – Интересно было бы узнать, что там, в них…

– Да не валяй дурака, – помотал головой я.

– Ты раньше был любопытней.

– Я стал осторожней, – пояснил я, – потому что отвечаю теперь не только за себя.

Завтрак получился скудным, как и все последнее время. Соль кончилась еще в Полесье, приходилось пользоваться пеплом. Дожевывая свою порцию, я пробурчал:

– Сейчас разойдемся искать жилище. Давайте, ребята, не балдеть, искать сразу то, что нужно. Пещеру, просторную, с водой, если не внутри, то рядом. Нам там жить. Зимовать.

Я, если честно, сам почти не верил в то, что говорю. В смысле, что придется тут зимовать. Нет, честное слово, мне до сих пор казалось, что вот-вот все кончится…

…Мы шли вчетвером – я, Сергей, Танюшка и Ленка Чередниченко.

За прошедший месяц Сергей и Ленка начисто перестали скрывать свои отношения, временами приводя меня в тихое бешенство. Да и вообще – межполовые связи стали вырисовываться все четче. Вадим, например, с взаимностью окончательно увлекся Наташкой Крючковой, замкнутый Олег Крыгин, ко всеобщему удивлению, сошелся с Ленкой Власенковой, нашим «завхозом»… «Парочка кулаков», – подкалывал Саня, который оставался стоек и «непокобелим», по собственному выражению.

А я… Про себя я называл Танюшку «моя».

И никто, собственно, в этом и не сомневался, и она вела себя так, словно это реальность… временами. Но временами я и сам не мог понять, что ей нужно от меня и от жизни, и это наводило на печальные размышления. «На Земле» отношения были проще.

Я не знал, как этот шаг сделать…

…Ходить по горам – дело нудное и очень тяжелое, а сентябрьские дни стояли теплые, и скоро мы все четверо взмокли. Девчонки завязали узлами на животах подолы ковбоек, расстегнули вороты и закатали рукава. Сергей снял свою куртку.