Сколько стоит ваше сердце?

— Господин мой… Если хотите побывать на побережье и глянуть, что там и как… Только амулетов с собой не берите. Голыми пойдем, как прародители наши в те дни, когда еще со Змеем не знались и магию не трогали. Тогда пройдем.

— Вас, господин мой, — Марк кивнул, — Того паренька, которого чуть не пришиб по ошибке. Будет ему кан-пен-сация — трудное слово контрабандист выговорил старательно, — и еще пару возьмешь. Тех, кому доверяешь. Только бери таких, как ты сам.

Марк бросил на мужичка вопросительный взгляд.

— Тех, которые с песнями на мечи кидаются, не бери. Не люблю их.

— Когда, — только и спросил Марк.

— За две клепсидры до рассвета. Внизу.

— Заведешь в ловушку — тебе не жить.

— Не дурней рыбы, — буркнул Ясан.

И исчез, словно его тут никогда не было.

Ночью прошел короткий, но сильный дождь и сейчас под ногами чавкала раскисшая земля. Шли, подсвечивая себе "светляками", чтобы случайно не наступить на змею. Но и без змей спуск с холма к устью широкого ручья (или маленькой реки?) был тем еще квестом.

Улица, которой они спускались, ближе к подошве холма благополучно закончилась довольно высоким забором.

Перемахнув через него оказались во дворе, где смолили лодки. Что это значило — объяснять не нужно. Еле выбрались без потерь, на ногах и не перемазавшись как демоны.

Потом были еще какие-то дворы, дворики и сарайки, прошли насквозь чью-то кухню… или не кухню, но что-то там, определенно, варили.

Понюхав воздух Арже спросил:

— Это едят, пьют или поджигают?

Вопрос остался без ответа.

Наконец, выбрались к воде, ориентируясь больше по звуку, потому что перед рассветом сгустился туман и в считанные мгновения затопил все видимое пространство.

— Ясан? — позвал Марк. Вроде бы тихонько позвал, но звук отразился от воды, вернулся эхом и долго еще носился над водой, натыкаясь на брошенные лодки.

На плечо легла маленькая, но неожиданно тяжелая рука.

Голос контрабандиста туман не подхватил. Короткое слово где сорвалось с губ, там и сгинуло.

Ориентируясь на спину вчерашнего пленника, обтянутую кожаной жилеткой, солдаты спустились вниз. У берега темнела здоровенная, тяжелая лодка, обшитая "внахлест".

— Помогите столкнуть.

Арже и второй парень разулись, закатали штаны и зашли в воду.

— Как мы поплывем-то в таком молоке?

— Хорошо поплывем, — отозвался Ясан, — тихо и незаметно. Старая Лани дело знает.

— Так это "ведьмин туман"? — догадался Арже, — Значит, в Южном кто-то остался?

— Никого. Только я и Лани. Она идти не может, ноги больные. А мне надо за сына отомстить.

Вместо нормальных уключин на лодке были два деревянных колышка, но Ясана это не смущало. Он поднял со дна весла, опустился на скамью, расставил ноги по шире и сделал аккуратный гребок.