Сколько стоит ваше сердце?

— Сейчас стреляете, по всем, кто подойдет к воротам. Сначала — разрывными, потом — всеми подряд, хоть фейерверками. Снаряды не экономить. Все равно теперь… Расстреляете все — уходите с редута. Прорывайтесь к равелину, там будет последний рубеж. Не успеете расстрелять — подрывайте. Но лучше — постарайтесь успеть.

— Остальные — за мной, к воротам. Враг в городе!

Они рванули по внутренним переходам, и поэтому не видели как на обе створки, широко раскрылись ворота Бара. Как барон Нерский, опасаясь, что защитники города успеют к воротам раньше, чем захватчики, выскочил наружу и призывно замахал руками… И — не успел.

Просто не успел убраться с пути стремительно летящей конницы Лесса Аргосского. А воины Священного Кесара и не подумали придержать коней. Что им какой-то дурачок, который сам кинулся под копыта? Приказ командира был совершенно ясен — как можно скорее занять город и укрепится в равелине.

На улицах, вплотную прилегающих к воротам, кипел даже не бой — свалка. Жители Бара тоже помнили о прошлой войне и "бритых" сильно не любили. Каждое окно превратилось в бойницу.

Винкер работал шпагой и кинжалом, пробиваясь к воротам, где надеялся найти своих.

Под ноги упал фиолец в легком доспехе, рядом свалился паренек из воинства Святого Эдера. Помочь ему было уже ничем нельзя. От удара сабли кожаный колет с нашитыми пластинами может и защитить — но бритые умели не только рубить. Они еще и кололи неплохо.

И таких — в самодельных доспехах, а то и вовсе без них, тут было много. Марк быстро прикинул: сейчас они отдают четырех — пятерых своих за одного бритого, и если так пойдет и дальше… Бездна и ад! Лесс займет город, положив тут половину своей армии, но оставшихся воинов ему хватит, чтобы укрепится до подхода Монтреза.

Впереди, в человеческой и лошадиной свалке, мелькнуло знакомое лицо — и Марк ускорился, снова превращаясь в черную молнию, оставляющую за собой глубокий и страшный след.

— Лесанж! — крикнул он, одновременно стряхивая личину Святого. Теперь уже не до нее.

Маркиз услышал, но лишь мотнул головой. Он отбивался сразу от двоих — и неплохо! Беда зря времени не терял, постепенно все солдаты Черной Сотни становилась очень опасными противниками.

Еще два взмаха рапиры, и Винкер оказался рядом, впечатав свой спину в спину Лесанжа.

— Где Райкер? — крикнул он.

— Ранен в грудь, очень опасно. Задето легкое. Доживет до целителя — будет жить.

— Бездна их знает! Видишь, что творится?

— Бардак творится, — рявкнул он, — узнаю, какая тварь это устроила, лично повешу.

— С меня веревка и лошадь, — поддержал Лесанж, принимая на гарду прямой удар.

Солнце на мгновение выглянуло из-за туч, кинув горсть лучей в глаза. Марк невольно зажмурился — и пропустил выпад.