Сколько стоит ваше сердце?

А то, что эти мгновения ему понадобились, чтобы разогнать мозг до предельной скорости, просчитывая варианты… об этом никому знать не нужно.

Короткая пауза в разговоре была почти незаметна. Он снова открыл глаза и спросил, негромко, с мягкой, но непрошибаемой уверенностью:

Таинственный гость переменился в лице, сразу и разительно. Исчезла ничем не примечательная, расплывчатая маска, похожая на непропеченный блин, на котором даже возраст не читался.

Сейчас напротив Винкера сидел мужчина лет тридцати, уроженец одной из западных провинций… или столицы, здесь всяких кровей намешано, с жестким взглядом серо-стальных глаз, тонким, прямым носом, красиво очерченными губами, верхняя чуть меньше нижней и слегка раздвоенным подбородком.

Очень запоминающееся лицо.

— Кто проболтался, Бездна их всех забери?

— Никто. Успокойтесь. В вашем садке гнилой рыбы нет. Просто я — стратег. Меня специально учили собирать информацию и делать из нее правильные выводы. Это моя работа, почему же вы удивляетесь, что я делаю ее хорошо?

— Очешуительно ты ее делаешь, Бездна тебя забери, — высказался гость. Немного помолчал.

Марк терпеливо ждал, у него, в отличие от гостя, времени было много.

— Нет, — ответил он наконец, — она умерла сразу после родов.

— Вторых родов? — уточнил Винкер.

В серых глазах мелькнуло странное чувство, среднее между восхищением и испугом. Восхищения было больше.

— Ты человек? Или демон из пасти ада?

Винкер взглянул на гостя и подарил ему еще одну сдержанную улыбку:

— Ну… пристрелить из арбалета уже хотели. Чтобы посмотреть, не пролетит ли стрела сквозь меня. Можете попробовать меня изгнать.

По стенке кареты постучали, со стороны козел, громко и размеренно — четыре раза.

— Что ж… Может и попытаюсь. Потом. Сейчас, увы, нет времени на ритуал. Мы подъезжаем к площади. Я не прощаюсь и — желаю удачи.

— Спасибо, — кивнул Марк, — удача мне понадобиться.

И, больше не колеблясь, надел медальон на шею, старательно заправив под рубашку.

Таинственный гость исчез из кареты вместе с еще одним порывом ветра так же быстро и бесшумно, как появился. Она даже не замедлила ход.

Либо на восходе немного просветлело, либо глаза привыкли, только темнота уже не казалась такой непроглядной.

Их нее выступили контуры ближних скал, обозначилась тропа под ногами.

Вот сейчас бы самое время поторопиться… но покойник шансов не давал. Ловушка на плохой смерти — такая дрянная дрянь! Его ведь, чтобы "закрепить", не просто убили, а плохо убили. Неправильно…

Бойцы стояли молча и настроение у всех было насквозь паршивое. Выходов пока рисовалось только два: либо прорываться сквозь "тенета" ловушки, либо быстро построиться и по-братски пристрелить друг друга.