Варяг. Мечи франков

— Это не мы! — воскликнул тот.

Группа поддержки из облажавшейся руянской молодежи разом загомонила. Нет, не они. Они не забирали. К городку подплыли на трех, одну оставили. Как договоривались. На берегу. И привязана она была. Сами варяги ее и привязывали!

Вроде не врут.

Кто-то из тамошних наткнулся случайно и увел? Хорошая лодка для смердов ценность немалая.

— Мы с вами не закончили, — многообещающе заявил Сергей, махнул своим, и они пошли наверх. Есть и спать. С бегством и пропажей разбираться они завтра будут. На свежую голову.

Утром, однако, поговорить не получилось.

К Сергею явился жрец. Тот самый, которому вчера девок поручили.

Длинный, тощий, важный.

Сергея приглашали в княжью резиденцию. Причем сразу двое: князь Гринь и верховный.

У Сергея планы были другие: искупаться, позавтракать, а потом еще разок расспросить Стоислава.

— Мне с тобой? — спросил Машег.

Сергей мотнул головой.

— Идите ешьте.

Хузарин не настаивал.

А вот Сергею идти придется. Когда такие важные персоны приглашают, отказываться неправильно. Но и наряжаться ради такого Сергей не станет. По-простому пойдет. Меч, понятно, с собой, а прочее не обязательно. Может, там, у князя, и покормят?

В главной палате княжьего дома, помимо самого князя, верховного жреца и положенной им по званию охраны, присутствовал Рёрех.

И Стоислав. Вид у последнего был несколько пришибленный.

Сергея ласково встретил только верховный жрец.

Взирал благосклонно, рассыпал приятные слова вроде: «достойные воины должны быть достойно вознаграждены» и «бог непременно обратит на вас благосклонный взор».

Пустословие, в общем.

И глаза пустые. Равнодушные.

Князь помалкивал. Переводил мрачный взгляд с Сергея на сына и обратно. На жреца не глядел, но неприязнью, которую он испытывал к служителю культа, можно было тележные колеса смазывать, такая густая.

Верховный выговорился и обозначил жестом: аудиенция окончена.

Сергей глянул на Рёреха: и это все?

Тот пожал плечами.

У Сергея было искушение: спросить у князя руянского, какого хрена его сынок сбежал.

Но решил воздержаться. Дело мутное. И Сергей почти уверен: кто-то лютичей предупредил. И история, рассказанная Стоиславом, выглядела сомнительно. С чего бы вдруг засевшим в засаде лютичам атаковать раньше времени?

Хотя если вспомнить, как они всей ордой кинулись за Клепом и Эпиром…

Надо с Рёрехом посоветоваться. Он этих своих родичей лучше знает.

— Правильно, что сейчас ничего не сказал, — одобрил Рёрех. — Гринь молчал, потому что не знает: зачтет ли верховный его сыну испытание. Не знает, но надеется. Вы же вместе к лютичам пошли и девок доставили.

— Вообще-то Стоислав сбежал, — напомнил Сергей. — Бросил нас. И никому ничего не сказал. Верно?"

"— Сказал, — не согласился Рёрех. — Отцу сказал, но тот с нами не поделился.