Смола

Девочка бросила лук и схватилась за голову.

Сердце билось как бешеное, но Роальд бежал к ней изо всех сил.

Он больше ни о чем не мог думать, кроме этой бедной малышки.

Когда он уже был рядом, Лив упала перед ним на колени. Внезапно Роальд понял, что она смотрит не на него, а на то, что происходит за его спиной.

Роальд обернулся, чтобы увидеть то, что видела Лив. Больше всего он боялся Хордера, бегущего за ним с ножом. Но Йенса там не было.

За спиной Роальда разваливался по частям дом.

Крышу затянуло внутрь, как будто дом попытался сделать последний глубокий вдох. А потом – оглушающий выдох.

Наконец темнота, пыль и боль полностью поглотили дом Хордеров. Все вещи точно провалились внутрь – кроме входной двери, которую под давлением сорвало с петель и ветром вынесло во двор.

Когда языки пламени охватили весь второй этаж, Роальд крепко прижал к себе Лив. Крыльцо загорелось прямо у них на глазах.

Все внутри стало обжигающе красным – горела темнота.

Шум вокруг заглушал тихий пронзительный плач Лив. Сзади нее на корточках сидел Роальд, обхватив руками содрогающееся от плача тельце и положив голову на ее худенькие плечи.

Мягкие перья на стрелах щекотали его шею.

– Мамочка… папочка… – тихо бормотала она.

– Лив, когда мы поднялись наверх, мама уже была мертва, – Роальд старался произнести эти слова как можно мягче. – Она уснула, поэтому ничего не заметила. Папа был рядом с ней. Последнее, что я видел, – как он поцеловал ее.

Совесть толкала Роальда на мысли о том, есть ли хоть малейший шанс на то, что Йенс выберется из дома. Но это была настоящая преисподняя из пламени и дыма, откуда никто бы не выбрался живым.

– Все произошло очень быстро, – сказал Роальд.

 – Твой папа тоже ничего не заметил.

– Хорошо, – всхлипнула Лив.

Роальд развернул ее к себе лицом и положил руки ей на плечи.

– Нам пора! – сказал он. – Я о тебе позабочусь, но нужно скорее бежать отсюда, пока не загорелся весь двор.

Девочка кивнула и подняла с земли свой лук. С колчаном за спиной и луком в руках Лив походила на маленького отважного солдата.

Она посмотрела на Роальда. Он не знал, что еще сказать ей. Ее полные слез глаза пронизывали его насквозь, искали что-то в его взгляде. Роальд даже не понял, что плачет, пока не почувствовал что-то мокрое у себя на щеке.

Наконец Лив решилась. Она положила лук на землю, перекинула ремень колчана через голову и положила свою амуницию рядом с оружием, даже не смотря вниз. Солдат понял, что его война закончилась.

– Хорошо, тогда давай… – начал было Роальд, но Лив прервала его.

– Тут есть ловушки, – сказала Лив с такой уверенностью в голосе, какой позавидовал бы любой взрослый. – Я быстро. Жди здесь!

Роальд не успел возразить, как коричнево-оранжевый свитер уже ускользнул от него в глубь вещей.