Собственность Альфы

Глаза сузились, словно он сейчас выслеживал добычу, даже черты лица каким-то неведомым образом стали казаться острее.

Неуверенно поерзала на столе, лакированная поверхность неприятно холодила кожу. Вот только отступать было некуда.

Азар тем временем наклонился еще чуть ближе:

Ощущение горячего шепота прямо над ухом вызывало мурашки по коже, звук его голоса отзывался дрожью во всем теле. Руки мужчины сомкнулись на моей талии, пальцы проскользили по платью, чуть поглаживая застежки. От этих прикосновений внизу живота сладко вспыхнуло томление, краска прилила к щекам, дыхание участилось.

— …Когда… — он сделал драматическую паузу, — ты этого заслужишь.

«О чем он?» — я попыталась отодвинуться, чтобы заглянуть оборотню в глаза, попытаться прочитать их выражение, но он лишь еще сильнее прижал меня к себе и вдруг поднял.

— Применять «народные средства», — мягко засмеялся мужчина, а у меня внутри все сжалось от горячей смеси страха и предвкушения, которого я и сама себе объяснить не могла.

Я ожидала, что Азар отнесет меня на кровать, но он свернул в ванную. Усадил меня на бортик, а сам с невозмутимым видом скинул пиджак, деловито, пуговичка за пуговичкой, расстегнул рубашку и повернул краны. Мне на ноги брызнула вода из кранов. Я инстинктивно их одернула, и чуть приподняла подол платья, чтобы не замочить.

— Чтобы не намочить и не порвать, — пояснил он в ответ на мой недоуменный взгляд.

— Если ты хочешь, чтобы я помылась перед тем, как… — смутилась, не договорив до конца. Невозмутимость Азара, то, как он сейчас выдавливал шампунь на губку и взбивал пену, заставляло чувствовать себя неуютно. — Я могу и сама помыться.

Попыталась отобрать у оборотня губку, потянулась, но в итоге соскользнула с бортика и плюхнулась в теплую воду. Платье моментально промокло.

— Вижу, как ты сама можешь, — фыркнул Азар, осторожно подняв мою поврежденную ногу.

Если бы я начала вырываться, сделала бы себе лишь больнее. Хватка у оборотня была мягкой, но цепкой — не дернуться.

— Шшшш… — Азар подмигнул и принялся… мыть мне ногу.

Шершавая губка медленно прошлась по коже, поднялась чуть выше колена, едва задев задравшийся подол платья. Я сглотнула и попыталась отодвинуться, и губка тут же снова ласкающе спустилась вниз, вызвав почти сожаление.

Пена пахла яблоком и корицей, словно передо мной сейчас был горячий штрудель, и этот запах заставлять непроизвольно наполняться рот слюной. По крайней мере, мне хотелось думать, что дело в запахе, а не в том, как тяжелые капли воды, попавшие на Азара, стекают по его поджарому телу, очерчивая мускулы. На ключице была крупная родинка, вдруг нестерпимо захотелось дотронуться до нее. Попробовать на вкус…

Тягучее томление снова вернулось, взгляд оборотня провоцировал, дразнил.