Сокровище

Он пристально смотрит на меня, приоткрыв рот, чтобы я могла видеть кончики его клыков, касающихся полной нижней губы, и я ощущаю в себе такой же голод, какой читаю в его глазах.

– Хадсон, – шепчу я его имя, чувствуя ноющую боль, которая пронзает меня целиком.

Я ощущаю острое желание, жгучую потребность, мне отчаянно хочется обладать им – во всех смыслах.

– Пожалуйста, – шепчу я, сплетая его ноги со своими, и, выгнувшись, прижимаюсь к нему.

– Пожалуйста что? – так же шепотом отзывается он, и в его тоне звучит лукавство, от которого моя жажда становится еще более жгучей.

– Сделай это. Я хочу… – Мой голос пресекается, и от его выдержки не остается и следа.

Глаза Хадсона вспыхивают, и его клыки молниеносно прокусывают мою кожу.

Меня пронзает наслаждение, когда он начинает пить мою кровь, и я хочу, чтобы он не останавливался. Никогда.

Мои руки вцепляются в него, притягивают его ближе.

Мое тело обвивается вокруг него.

И кровь в моих жилах ярко сияет, как парад на Марди Гра, и с каждым его глотком меня охватывают шум, хаос и радость.

– Еще, – шепчу я, прижимая его к моей вене.

 – Еще, еще, еще.

Я чувствую, как его губы обхватывают чувствительную кожу на моей шее, и он начинает пить еще более жадно, еще более ненасытно.

Но это Хадсон, мой Хадсон, и его забота обо мне всегда будет брать верх над его собственным удовольствием, и он отстраняется – слишком рано.

– Нет, – хнычу я, хватаясь за него, но с ним этот номер не проходит, хотя он еще теснее прижимает меня к себе. Он осторожно зализывает следы укуса, заживляя их.

Затем он скользит по моему телу вниз, оставляя за собой жгучий след из поцелуев.

Блеск клыка, рывок, и мои трусики исчезают. Затем он таким же образом двигается по моему телу вверх. Скользя медленно и целеустремленно.

Я вскрикиваю, и он делает паузу, глядя на меня своим глазами с тяжелыми веками и расширенными зрачками, которые каким-то образом придают ему еще бо`льшую привлекательность.

– Что? – спрашивает он и, наклонившись, целует меня так, что все внутри трепещет от экстаза.

– Еще, – выдавливаю из себя я. – Пожалуйста. Еще, еще, еще.

Он лукаво улыбается, и я вцепляюсь в его плечи и, выгнувшись, приникаю к нему.

И затем он дарит мне все, о чем я просила, и ведет меня выше, выше, выше.

Пока не исчезают вчера и завтра.

Пока не остаемся только он, и я, и пламя, которое бушует между нами, с каждой секундой становясь все жарче, все неистовее.

Наконец он доводит меня до высшей точки наслаждения.

Я открываю глаза и купаюсь в пылком тепле его взгляда. Я улыбаюсь ему и вожу пальцем по его чувственной нижней губе.

– Я люблю тебя, – шепчу я, и все во мне жаждет его. – Я так тебя люблю.