Я радостно согласился и тут же ощутил дикую боль, а потом, через пару минут, почувствовал, как, пульсируя, раздувается моя нижняя губа. Вскоре ее, страшно распухшую, выпяченную, можно было увидеть, слегка опустив глаза. Я зарыдал от ужаса и бросился в изолятор, холодея от того, что вдруг потерял способность членораздельно выговаривать слова:
– Ва вшо-про-бя-ра-жу!
Это означало: «Я все про тебя расскажу!» – самая серьезная угроза, на которую способен обиженный ребенок. Испуганный Степа меня догнал, остановил и пообещал в благодарность за молчание научить «обезжаливать» шмелей.
Преодолевая боль, я согласился. Медсестра, увидев мою отвисшую, как у бульдога, губу, всплеснула руками, а догадавшись из моего бормотания, что случилось, обозвала меня идиотом, посоветовав в другой раз почеломкаться с ядовитой змеей. Потом она смазала место укуса чем-то мятным, дала таблетку и уложила в койку, принеся на ужин жидкой манной каши. Удивительно, но утром опухоль спала, и меня потом долго дразнили медососом. Степа сдержал слово и обучил меня своему мастерству.
Для поимки выбирался экземпляр покрупней, предпочтение отдавалось «цыганам» – черным, лохматым шмелям с красными попками, а также «тиграм» – желто-полосатым страхолюдинам, в самом деле окрасом напоминающим страшных хищников. Делалось это так: шмеля, севшего, допустим, на клевер, резко накрывали панамкой или рубашкой. Это не трудно: он настолько увлечен сбором нектара, что на людей внимания почти не обращает. А может быть, надеется на свое жало? И напрасно…
Следующий этап гораздо сложнее: следует, постепенно сдвигая панаму, дождаться, когда из-под края высунется глазастая головка, а затем мохнатая спинка, которую надо крепко схватить двумя пальцами – большим и указательным.
Пленник будет отчаянно жужжать, сучить лапками, вздымать хоботок, угрожающе ворочать брюшком, показывая опасное острие, но достать и укусить не сможет. От волнения с хоботка иногда срываются янтарные капли. Если быстро подставить ладонь, можно потом слизнуть: очень вкусно! Самый опасный – третий этап: свободной рукой надо, улучив момент, сильно сдавить верткое брюшко, да так, чтобы из попки до отказа высунулось черное, кривое, как сапожное шило, жальце, которое следует подцепить ногтями и резко выдернуть вместе с белесой требухой.
С этой минуты шмель абсолютно безопасен и приручен. Поначалу он может попытаться улететь, но буквально через два метра обессиленно садится на травку. Теперь с ним можно играть, выкидывая разные интересные фокусы.
