Спаси меня нежно
Выглядела она снова очень эффектно. В бежевом длинном платье, обтягивающим ее, как вторая кожа. С распущенными кудрявыми волосами, струящимися до поясницы. Застыла в дверях, давая возможность хозяевам оценить ее усилия. Улыбнулась кроваво-красными губами и сделала шаг, проходя в гостиную.
Агния вспыхнула, когда увидела разрез на платье ведьмы. Едва ли не до талии. Полностью оголяющий бедро. Невольно бросила взгляд на Ивара, желая увидеть его реакцию. И прежде чем заметить его равнодушный взгляд, скользящий по гостье, не преминула отметить, как тревожно заныло сердце, как внутри вспыхнуло недовольство.
И лишь увидев, что ни один мускул не дрогнул на лице Ивара, Агния немного успокоилась. Но чувство неприязни осталось.
– И тебе доброго, – ответил Ивар на приветствие Ведьмы, подобравшись.
– Меня ждали? Ох, как приятно! – Олесия, поигрывая бедрами, прошла в гостиную. – Агния, выглядишь значительно лучше, чем вчера. Жар унялся, дорогуша? А то стоит вчера бледня бледней! Аж смотреть было жалко!
– Олесия! – в голосе Ивара отчетливо прозвучало предупреждение, на что Ведьма лишь пожала плечами.
– А что Олесия? Разве я не правду говорю? Инейфан, тебе ли не знать, что свою суженую следует холить и лелеять. Особенно, когда на нее объявлена охота.
Вот и были произнесены самые важные слова.
Слова, приведшие к детонированию залежавшейся взрывчатки.
Ивар подлетел к Ведьме в одно мгновение, уже не заботясь о том, как выглядит со стороны. Одежда на нем затрещала из-за заметно увеличивающегося размера тела. Глаза вспыхнули красным огнем, черты лица заострились, поддавшись трансформации. Под кожей заиграли бугры мышц, Ивар начал стремительно увеличиваться в размерах.
Девушки отреагировали разом.
Агния с тревогой воскликнула:
Она не готова была увидеть его демона.
Не сейчас, когда она приготовилась впустить Ивара в свою жизнь.
Не надо больше потрясений.
Олесия примиряюще вскинула кверху руки и на всякий случай сделала шаг назад:
– Все, все, тихо-тихо! Не кипятись, дра… – быстрый взгляд на застывшую Агнию, – драгоценный ты ее! Перекинешься – ее напугаешь, меня обидишь, и я уйду, ничего не сказав! Так что… Тихо-тихо!
Ивару хотелось схватить шею Олесии и сжать. Сжимать до тех пор, пока не послышится хруст ломающихся позвонков.
















