Спаси сердце короля

Папа молчит, и это молчание сбивает меня с толку. Могу лишь догадываться, что, скорее всего, в случае очередной непредвиденной опасности Сара сможет временно… укрыть меня? Я слышала когда-то краем уха, что она перебралась в Неваду, но не знала, что именно в Лас-Вегас. Получается, это единственный знакомый мне человек в городе. Папа просто пытается обезопасить меня. На всякий случай. Но мне не хочется думать, что с ним может что-то произойти и мне придётся идти на такие крайние меры.

Аластер Гелдоф наконец возвращается.

– В чём дело? – спрашивает папа, явно недовольный.

– Просто сядь. Я хочу уточнить кое-что.

Глянув в мою сторону, папа одним взглядом просит меня оставаться спокойной. Гелдоф, проследив за его взглядом, с улыбкой произносит:

– Может, Каталина хочет чего-нибудь выпить? Что ты предпочитаешь?

– От воды бы не отказалась, – говорю я, с удовольствием представляя, как прохладная жидкость течёт по пересохшему горлу.

– Джилрой, дай нашей гостье воды.

Кивнув, один из парней проходит дальше по гостиной и через несколько секунд возвращается со стаканом чистой воды, которую протягивает мне. Я с наслаждением выпиваю всё.

Вижу, как напрягся папа после этих слов.

– Оказалось, что я не могу помочь твоей дочери.

В меня через всю гостиную и часть прихожей летит взгляд Аластера. Но я не могу понять, что он значит. Это насмешка, угроза или сожаление?

– В каком смысле? – В голосе отца проскакивают нотки недоумения, хотя он продолжает держать себя в руках и не впадает в панику.

– Ты ведь прекрасно знаешь, о чём я. Когда ты пришёл ко мне со своей просьбой, ты не упомянул об одной очень важной детали: она, оказывается, Харкнесс!

– Это ничего не значит, ведь она моя дочь и…

– О, ещё как значит. Мы не спасаем наших врагов.

– Врагов? То, что её против воли сделали частью их семьи, совершенно ни о чём не говорит!

Аластер мотает головой, лицо непроницаемо.

– Одно дело – против воли, и совершенно другое, когда она вполне себе добровольно вступает с ним в интимную связь. Я бы даже сказал, что здесь замешаны романтические чувства.

Откуда, чёрт возьми, он об этом знает?!

Папа резко оборачивается ко мне, ища ответы в моём взгляде. Я ощущаю такую острую неловкость, что мне хочется провалиться сквозь землю.

– Это правда? – спрашивает папа, и я вижу в его глазах надежду на отрицание.

– Конечно, правда, – отвечает за меня Аластер таким тоном, словно счёл неверие папы за оскорбление. – Мои люди всё про всех узнают, стоит мне лишь щелкнуть пальцами. В том числе и то, что рассказывают сами Харкнессы своим друзьям, не скрывая. О твоей дочке среди них ходит много рассказов.

Хорошо, что он в тот же момент отворачивается от меня и я больше не вижу этого разочарования на его лице.