Спецназ спешит на помощь

Что только делать с немецкими самолетами? Всеми дивизионами ПВО получен приказ штаба «На провокацию не поддаваться, огонь по самолетам не открывать» Я боюсь, даже под бомбами побоятся нарушить этот идиотский приказ.

— Сбивать нахрен! — махнул рукой Строев и генерал цыкнул — Ох и попаду я с вами под трибунал!

Через час дивизия превратилась в цыганский табор — Семьи военных носились с детьми, их сгоняли к выделенным для эвакуации грузовикам. Генерал усадил на имеющуюся в его распоряжении грузовики сто тридцать пятую разведроту под командованием старшего лейтенанта Баранова и батальон из Варшавского полка.

Оставив за себя начальника штаба, генерал пригласил в свою эмку Бойко, Строева, в машину Лопуховского сели четверо из охраны комдива. Добравшись до гаубичного полка, полковник на свои грузовики помимо пришельцев посадил пару рот, отправившись с полком на Тартаки. У палаток и боеприпасов из будущего осталась тройка из Альфы.

Колонна из тентованных грузовиков, возглавляемая генеральской эмкой, направилась в сторону Минска.

Через три часа подъехали к штабу округа. Сафонов отдал приказ своим красноармейцам, выстроившихся перед входом — Оцепить здание, никого не впускать и не выпускать. Задержанных независимо от звания разоружать и выставить около них отделение из толковых ребят! Спецназовцы из будущего перед входом в штаб установили пару «Кордов». Бойко подмигнул Строеву — Ариец, покажи на что способны твои хлопцы! Мы следуем за вами.

Разбив группу на тройки, Строев знаком отправил вперед первую тройку. В этот момент из здания вышел командир в звании полковника. Уронив челюсть при виде спецназа, которые выглядели для этого времени как марсиане, он хотел крикнуть, то был тут же сбит с ног и с кляпом во рту оказался на животе, его руки и ноги были стянуты пластиковыми стяжками. Один за другим в здание влетели остальные и полковник неожиданно для себя самого обмочился.

Бойцы действовали жестко, с одного удара вырубая встреченных командиров и укладывая их на пол в стяжках. За спецназом двигались Бойко и генерал-майор, который вел к кабинету Павлова.

Павлов в это время проводил очередное совещание, считая что их количество говорит о его трудоспособности — Товарищ Копец! Что еще за доклады шлют ваши летчики! Читаю — «Десятого мая наш полк перебросили из Лиды на аэродром Новый Двор, что чуть западнее Гродно. На севере граница с немцами была в пятнадцати километрах. Как только мы приземлились, над летным полем на малой высоте пронесся фашистский „мессер“. Нахально так, даже крыльями покачал. В ясную погоду с высоты двух тысяч метров мы видели немецкий аэродром, забитый разными машинами. Составили схему, передали в штаб.