Список приговоренных

Этих было решено напрячь в плане того, чтобы были найдены «жрицы любви», обслуживавшие пенсионера Зубильского на его «фазенде».

Когда разговор был уже фактически закончен, Лев решил в дополнение всего, что уже было включено в план расследования, созвониться со своим старым информатором, «малинщиком» Константином Бородкиным по прозвищу Амбар. Он набрал номер экс-вора, ныне – пенсионера, хоть и не федерального значения, но и не из бедствующих (что не обошлось без вмешательства Гурова, который поднапряг собесовцев, чтобы те дали старику достаточно приемлемую пенсию – все же экономический эффект от изыскиваемой им оперативной информации существенно превышал затраты пенсионного фонда на его содержание). Услышав давно уже знакомое «Алле?», Лев спросил, может ли тот говорить.

– Дык, это, Левваныч, я ща своего Джека выгуливаю… Слушаю вас! – похохатывая, сообщил Бородкин. – Собаку, вот, себе завел хорошую, а то недавно один недоумок драться кидался – «крышу» от «марафета» сорвало… Ну, я и обзавелся помощником. С ним спокойнее.

Гуров, в общих чертах обрисовав ситуацию со смертью Зубильского по кличке Мозоль, поручил Амбару «прозвонить» клиентов своего притона на этот счет. Желательнее всего было бы установить виновника смерти антиквара, но и любая другая информация, способная пролить свет на случившееся, была бы не лишней.

– Понял, понял! Нынче же займусь! – пообещал Бородкин. – До меня сегодня должон бы зайти Гришка-Змей, он месяц назад с зоны откинулся. Мужики толковали, тоже собирается заняться антикварными делами. Вот, его прощупаю… А про Мозоля я уже слыхивал. Ну, про его богатства. Базарили, будто дома у него барахла всякого – «лимонов» на сто, а то и на все триста. Только пробраться туда – попробуй!.. Лады, Левваныч, приступаю к выполнению!

– Ну, что там Амбар? – вопросительно посмотрел на Гурова Стас.

– Про самого Зубильского он еще раньше слышал, а вот о причинах его смерти будет выяснять у своих гостей, – ответил Лев. – Ну, что, за дело?

Поднявшись со стульев и молча хлопнув друг друга ладонью о ладонь, приятели направились к выходу. Когда они вышли на крыльцо, зазвонил сотовый Гурова, выдав мелодию: «…Милая, милая, милая, нежный мой ангел земной!..»

– Мария? – С ходу догадавшись, чей это может быть заочный «позывной», Крячко со значением ухмыльнулся. – Передавай от меня привет женщине, самой лучшей в этом мире и за его пределами!

Что-то беззаботно насвистывая, он зашагал по ступенькам, спускаясь к служебной «четырнадцатой», за рулем которой восседал, поглядывая в его сторону, сержант Костя.