Список жертв

Наличие телохранителя подтвердило обоснованность ее смутных страхов. Кроме того, она все утро безрезультатно набирала номер Корди и ужасно беспокоилась за подруг.

— Я помню, что вы говорили мне о детективе, который возглавляет расследование. Но я пока с ним не разговаривала… А вы… вы ведь были здесь совсем недавно. Честно сказать, с того момента, как вы ушли, у меня не было ни одной свободной минутки. От всего, что случилось, голова идет кругом. Я хочу побыстрее закончить дела и…

— Посидеть и подумать?

Он снял галстук, сунул его в карман пиджака. Пиджак повесил на спинку стула и решительно направился к дивану.

— А что случится через три недели? — спросила Риган, наблюдая, как он устраивается на диване и закатывает рукава рубашки.

— Вы сказали, что будете моим телохранителем три недели. А что случится потом?

— Я решил сменить работу и уехать из Чикаго. Срок наступит как раз через три недели. Но вы не волнуйтесь: если к тому моменту дело не будет закрыто, вам дадут другого охранника. А пока за вами буду присматривать я.

— А кто принял это решение?

— Что хорошо? Кто принял это решение? — Риган решила настоять на своем.

— А меня никто не хочет спросить, что я думаю по этому поводу? Или у меня вообще нет права голоса в этом деле?

— Честно говоря, нет у вас права голоса. — Он улыбнулся, чтобы смягчить окончательность ответа, и взял со столика свежий номер «Форбс». — Нравится вам или нет, но я останусь тут.

Риган не могла представить себе, что сможет работать, если этот человек будет все время находиться рядом. Как прикажете сосредоточиться, если в комнате постоянно находится чужой и чертовски привлекательный мужчина. Она не успела придумать, что бы такое ему возразить, как телефон на столе зазвонил.

Одновременно послышался звонок мобильного из кармана пиджака, и Алек полез за трубкой.

Риган ответила на звонок и тут же поморщилась. Это оказался Питер Моррис — человек, которому отказали в получении гранта. Он был ужасно рад, что может наконец поговорить с ней, а не с помощником.

— Это просто здорово — говорить лично с вами, особенно после того, как я столько раз общался с вашим туповатым ассистентом. Только представьте, он меня попросту отфутболивал. Но я знаю, что вы не виноваты в том, что выплаты фанта были задержаны, и я не сержусь на вас.

Думаю, произошла какая-то путаница, да? Видите ли, — продолжал он, прежде чем Риган успела вставить хоть слово, — моя работа очень важна, мне нужны деньги, и в прошлом году мне дали четко понять, что если я удовлетворяю условиям получения гранта, то выплаты возобновляются автоматически каждый год. Так что я все еще в списках. Знаете, я могу подъехать прямо сегодня вечером. Вы как раз успеете выписать чек.

— Вы неверно оцениваете ситуацию, мистер Моррис.