Спорим, ты влюбишься?

– Не спеши-ка! Нужно поговорить, – просипел у меня над ухом голос Сержа.

– Отпусти или я закричу, – почему-то шепотом зашипела я на Сержа, уже понимая, насколько это глупо.

Зачем шипеть? Собираешься кричать – кричи.

Он быстро убрал руки и зашипел в ответ примирительно:

– Не надо кричать, надо поговорить. Идем со мной…

Ага, сейчас! Бегу, высоко подбрасывая колени!

– Я хочу пройти на свое место, – медленно, внятно и доброжелательно, как чудикам в отеле, сказала и попыталась протиснуться  в салон.

Безуспешно. Серж встал у меня на пути, преграждая плечами выход. Я только сейчас заметила, что он не только широкий, но и высокий. В общем, не обойти и не перепрыгнуть.

– Владу не понравится, что ты… – начала я с угрозой, но не договорила.

– Влад может катиться к черту, – отмахнулся Серж, – мне нужно поговорить с тобой, и поверь мне, это в твоих интересах. – Пойдем уже.

И он направился вглубь салона, оставляя проход открытым.

Ну вот, теперь я могла прошмыгнуть в узкий проход, усесться рядом с Владом и избежать неприятного разговора. Я понимала, что это будет правильным. Но почему-то поплелась следом за Сержем.

Если бы мне пришлось всерьез отвечать на вопрос, почему я это сделала, я бы, наверное, не ответила. Да и что тут ответишь? От этого человека можно было ожидать всего, вообще всего!  Он мог начать приставать ко мне, чтобы скомпрометировать, или…

Я не успела составить полный список возможных злодеяний, мое богатое воображение остановилось на картинке: Серж выпихивает меня из самолета, а я отчаянно цепляюсь за иллюминаторы, или как там оно называется…

Он приоткрыл дверцу, и мы оказались в небольшом помещении вроде ресторанного кабинета, с той лишь разницей, что находилось оно в самолете. На столике дымились две чашки, одна побольше, другая поменьше.

– Кофе? – спросил он, указывая мне на кресло.

– Я не пью кофе, – буркнула я.

– Значит, чай, – не стал спорить он и взял чашечку поменьше.

Зеленый чай наполнял ароматом жасмина небольшое помещение. Но пить его, пожалуй, не следовало. Этот негодяй запросто мог туда что-нибудь подмешать.

Да и вообще. Дружеские посиделки с ним не входили в мои планы.

– Что ты хотел сказать?

– Я хотел извиниться. Тогда, на той вечеринке, я вел себя отвратительно.

Упс, а вот к этому я была не готова!

Скорее я ожидала, что он попытается меня шантажировать, подкупить, я ожидала подозрений, оскорблений или еще чего-нибудь в этом духе. Про попытку выбросить меня за борт я, пожалуй, промолчу.

Но уж точно я не ждала извинений, которые, как ни неприятно было это признавать, выглядели вполне искренними.

– Так отвратительно, что мне совершенно не хочется тебя извинять! Но раз уж нам придется провести столько времени вместе, обещаю: я не буду выражать свою неприязнь слишком явно.