Спорим, ты влюбишься?

И лицо у него было такое трагичное, словно он готовился исполнить роль Му-му. Сейчас он был менее всего похож на секс-символ. На лице ни следа улыбки, плечи сгорблены, а в глазах отчаянье и боль.

– Скучно – буркнул он, когда мы с Владом оказались у него на пути. – Надеюсь, мы тут ненадолго.

Но мы придерживались прямо противоположного мнения, и Ванечка, пожав плечами, пошел скорбеть в одиночестве.

Впрочем, компанию себе он нашел довольно быстро. Миле также совершенно не нравилась искра, мечущаяся между миллиардером и актрисой. Она сменила уже третий купальник, и каждый новый был меньше предыдущего. Но, судя по ее недовольному личику, чары по назначению не долетели. Прелестями любимой наслаждался только верный Константин, не отходивший от нее ни на шаг.

– Ну что, осмотрим достопримечательности? – подмигнул мне Влад.

– Обязательно! – согласилась я.

Хозяин яхты четко сказал, что здесь можно чувствовать себя как дома. Битый час мы исследовали яхту. Залезали в самые отдаленные уголки… Спускались в каюты, больше похожие на номера-«люкс» в дорогущем отеле.

– Хм… Интересная цветовая гамма… Оборудуй у себя в отеле такой же номер. Хочешь, я сделаю наброски?

– Будет смотреться как дешевая подделка… – Влад развалился на огромном диване.

– Да ладно! – не поверила я. – С чего бы это?

Я осторожно подошла.

– Садись, не бойся, – он указал на место рядом с собой.

Я присела на краешек дивана. Но Влад бесцеремонно ухватил меня за талию и подтащил к себе. Мои попытки возмутиться были пресечены тут же.

– Смотри! – он указал на стену пред нами.

Я посмотрела. Стена как стена. Очень симпатичная отделка. Однотонная. Даже скучноватая. Была бы скучноватая, если бы не картина по центру… Кто-то из импрессионистов… Не вспомню, кто.

– И? – я не видела в этой стене ни единого повода хватать меня за талию.

Ого! Впрочем, в том, что тут все устроено с размахом, я и не сомневалась. Я уже хотела подскочить, чтобы получше рассмотреть диковинку, но Влад удержал меня.

– Лера, послушай… Я должен кое в чем признаться.

Признаться? Я тут же потеряла интерес к творению художника.

– В чем? – в моем голосе явно была угроза.

И это не случайно! Он еще не сказал ни слова, а я уже на него злилась. Вряд ли он станет признаваться в чем-то хорошем!

– Понимаешь, так вышло… Я… – он смотрел мне в глаза. Долго, не решаясь что-то сказать. И что-то такое было в этом взгляде…

Что, я понять не успела.

В каюту без стука ввалился Серж. Он почему-то был очень сердит.

– Вам что, своего отеля мало зажиматься? Вас уже запарились искать. Александрович требует свистать всех наверх. У него какая-то особая развлекательная программа, и никто не должен это пропустить.

Серж бросил на меня недобрый взгляд и вышел, не дожидаясь ответа.