Спорим, ты влюбишься?

– Вот, значит, какой монетой ты мне отплатил! – наконец, воскликнула она, заставив задрожать вазочку на маленьком столе.

Ванечка весь сжался и сейчас еще больше напоминал нашкодившего ребенка.

Довольная произведенным эффектом, Элеонора резко повернулась ко мне. Меня пошатнуло от одного только ее злобного взгляда. Если бы я могла сбежать, то непременно сделала бы это. Но там, по коридорам отеля, вполне мог сейчас бродить Влад. А встретиться с ним было страшнее, чем выдержать актерские разборки.

– Куртизанка! – словно камнем бросила в меня этим словом прима.

– Да что вы себе позволяете! – пискнула я.

Нет, оскорблять себя я больше не позволю. Хватит, натерпелась.

– Ты притворялась неприступной принцессой, а сама только и думала, как бы совратить моего Ванечку! – продолжала наступление Элеонора. – Интересно, понял ли Влад, какую змею он пригрел на груди! Или думала, я не узнаю, что ты провела ночь с моим мужчиной?

– Да не нужен мне ни ваш Ванечка, ни ваш Влад, – окончательно разозлилась я. – Забирайте себе обоих!

Элеонора метнула в меня еще один злобный взгляд, и набрала воздух для новой реплики, но тут в ситуацию вмешался Ванечка. Кажется, он окончательно пришел в себя. По крайней мере, сумел пружинисто подпрыгнуть так, что оказался как раз между нами. Впервые за последние несколько дней на его щеках появился румянец, глаза засверкали голубыми огоньками, а плечи расправились.

– Элеонора, успокойся, – рявкнул он на возлюбленную. – Между мной и Лерой ничего не было! Я все еще люблю тебя, несмотря на твое предательство.

– Значит то, что я целыми днями веду переговоры со спонсором о съемках новой картины, где ты можешь сыграть главную роль, ты называешь предательством? – выпалила Элеонора так, что люстра у нее над головой угрожающе закачалась.

Не в силах сдерживать свои эмоции, она схватила подушку и с силой швырнула ее в актера. Тот сумел ловко поймать ее за уголок.

– Ах, вот как это сейчас называется! – закричал он, и швырнул невинно страдающий предмет интерьера в стену.

Кажется, бои подушками – отличная штука для разборок между влюбленными. От воспоминаний, которые это все навеяло, слезы были готовы потечь из глаз.

Вслед за подушкой в Ванечку полетели фрукты из вазочки, сама вазочка и, наконец, его собранный чемодан. Актер мастерски уворачивался от артиллерийского обстрела. Видимо, у него уже была наработана хорошая практика в этом деле.

Я осторожно вышла из спальни. Мое присутствие там точно не требуется.

Лишь спустя полчаса крики в номере стихли. И послышалась какая-то возня.

– О, Элеонора, как же я скучал, – шептал Ванечка.

Я тихонечко кашлянула, испугавшись, как бы они не перешли к более решительным действиям, забыв о моем присутствии.