Срок для Бешеного

Посетовав на свою нерасторопность, он стал держать оружие наготове пне упустил случая, когда наткнулся на ушастого…

Конечно, не только карабин за спиной сделал его не таким расторопным: его мысли в этот момент были далеки от охоты — они возвращали и возвращали Савелия к дому, который он покинул. Возвращали к той, что стала ему самым близким человеком. Тщетно он пытался убедить себя, что время — самый хороший лекарь, однако прошло около недели, а покой все не приходил. Что же это такое? Казалось, получил все, что хотел, к чему стремился: вот он один, никого нет, никто не лезет в душу, а душа продолжает метаться, нет ей покоя! Верно говорится, что единственно, от кого невозможно уйти, так это от себя…

Что же делать? Может, его отвлечет главный тайник, о котором говорил Федор? На карте он помечен тремя точками… А что? Возьмет и отправится прямо сейчас? Будучи человеком решительным, импульсивным, Савелий, что-то решив, уже де колебался, а действовал. Вытащив карту, он прикинул, что до главного тайника километров шестьдесят… Проверил свои запасы: соль, спички, тушенка, котелок и буханка хлеба. Вместе с убитым зайцем хватит надолго… Решено!

Савелий вдруг с горечью подумал, что, имея он все это тогда, когда был с Федором, тот мог остаться жив!.. Как часто получается, что от малого, от ерунды зависит большое, в данном случае — жизнь! Человеческая жизнь!.. Будь у них в то время вода с едой, не ошибись он с поворотом у каменистой поляны, и Федор бы остался жить!.. Чуть сверни Варя в сторону от того места, где Савелий свалился с злополучного дерева, и его тоже не было бы в живых… И не похоронил бы никто: звери бы сожрали или разложился и сгнил… во цвете лет!.. Савелий передернул плечами: жутко, но правда — правда Жизни и Смерти…

Варя сидела в горнице и пыталась читать при свете керосиновой лампы. Дизельный движок заглох, и все попытки исправить его пока не увенчались успехом.

Днем она разговаривала с Большой землей. Эта связь также стала внеочередной, и Варя долго на решалась на этот звонок. А заставило ее звонить следующее: Варя отправилась навестить вновь образованную станцию по разведению соболей и заглянула на самый дальний участок, на котором не была почти полгода — руки не доходили, да и ничего интересного и важного для работы там не было. Назад она отправилась другим маршрутом: ей очень захотелось взглянуть на свою «игрушку».

Это было еще при жизни Егора: знакомя со своим участком, он привез ее на каменистую поляну. Там решили сделать привал и присели на огромную глыбу. Яркое солнце клонилось к закату, и его лучи поблескивали, отражаясь а кварцевых прожилках камней.

Посмотри, Егорушка? — воскликнула вдруг Варя, кивнув на огромный валун, и совсем по-детски захлопала в ладоши.