Срок для Бешеного

 — У нас и баб для этого хватает…

— Много вы их видите…

— Хватает, свобода — все-таки не зона!

— Распустил хвост… Один человек, умный, между прочим, сказал, что весь мир делится на тех, кто временно за решеткой, и тех, кто временно на свободе!

Дружный хохот опять взорвал тишину тайги. С пустых елок посыпался снег.

— Хорош! Развеселились… — рассердился конвойный. — Как бы там ни говорил твой «умный человек», но пока ты за решеткой, а не я…

— Это как посмотреть, — парень серьезно пожал плечами. — Я вот смотрю отсюда и вижу тебя… за решеткой… Кто-то истерично хохотнул.

— Может, еще и поменяться предложишь? — съехидничал солдат.

— Нет, — чуть помедлив, ответил парень со шрамом. — Мне и здесь хорошо! Да и чем мы отличаемся, если подумать? Одевают, кормят почти одинаково, и у вас и у нас срок обозначен…

— Скорей бы отслужить… — угрюмо вздохнул солдат.

— Во дает! Только начал и уже — скорей!

— Девять месяцев осталось! — буркнул он обидчиво.

— Девять? А чего ж такой молодой?

— А черт его знает! Такой уродился…

— Видать, и не бреешься еще?

— Не растет! — Он как бы начал оправдываться, но спохватился и покосился на дремавшего рядом сержанта. — Ладно, поболтали, будет!

— Как скажешь, командир… Тишина продолжалась недолго.

— Пятерка — ништяк! — бросил парень со шрамом. — Парился когда-то там…

— Лесоповал? — спросил молоденький паренек, сидящий напротив.

— Во, ляпнул! Лесоповал на семерке. Здесь мебельная фабрика, сувенирка по дереву и по металлу, механический цех, ящики еще колотят — для снарядов… Что еще? Да, швейка своя: джинсы мастрячат… В этот момент машина остановилась.

— Вроде дома?! — обрадовался краснолицый.

«Воронки» остановились напротив двухэтажного кирпичного здания с башней. В ней находился пункт наблюдения и контроля связи с вышками, раскиданными по периметру колонии. В обе стороны от здания протянулся высокий деревянный частокол с рядами колючей проволоки. А вот она — мечта каждого заключенного, — вахта: проходная, выпускающая на волю, украшенная выцветшим плакатом: «Честный труд — путь к досрочному освобождению!».

Безмятежную тишину нет-нет да и нарушал противный клацающий звук — вызов-ответ охранника с вышки, — никуда от него не деться… Из проходной вышла полная женщина в добротном пальто. Следом за ней шагал капитан, сопровождавший этап.

— Пятнадцать, значит? — спросила, поморщившись, женщина. — Собирай теперь их…

— Ну что вы, товарищ майор! Я их еще на станции рассортировал… Наши в той машине. — Капитан взмахнул рукой, и крайний «воронок» сразу подъехал к воротам грязно-синего цвета. Капитан подошел и громко постучал.