Старая переправа. Переход.

Колыхнулись белые волосы, баньша шатаясь прошла несколько метров, упала, попыталась ползти и затихла.

Ну всё, теперь справятся и без него. Усталость буквально покосила ноги. И Данил сел прям там где стоял.

Рыжая сразу кинулась к нему. Данил смотрел на тех, кто был на ногах.

– Нормально всё, не переживай, наши все живы. Принеси лучше банку консервов. – И уже громче – Лизавета посмотри кому помочь можно, помоги.

Рыжая рассеяна посмотрела на Данила, никогда не было, чтоб во время нападения, он так беспечно себя вёл.

– Там их немного, около тридцати. Без нас справятся.

Ты мне лучше банку тушёнки принеси.

Рыжая сбегала до броневика принесла жестяную банку. Данил посмотрел на упаковку, а там на хорошо отпечатанной бумажке, три весёлые овечки улыбались на фоне неба с облачками. И настроение как то сразу улучшилось хоть мысли были тяжёлые.

Сухари не оборотни, сто пятьдесят метров куда медленнее прошли, чем пробежали оборотни, за это время Данил успел открыть банку складным ножом. Раздались первые выстрелы, Рыжая поглядывала на округу. Данил не обращая ни на что внимания, будто год ничего не ел накинулся на содержимое, не разбирая что ест застывший жир или нежное мясо.

Съев банку наполовину, Данил почувствовал, что силы вернулись в руки и ноги, и он тут же уселся поудобнее.

– Кстати тушенка ничего, вкусная.

– Как ты так можешь? Может сейчас вторая волна оборотней пойдёт.

Данил уже не спешил закидывать в себя еду, а тщательно жевал, подцепляя кусочки раскладной вилкой на складном ноже. Определённо тушёнка хорошая, и лавровый лист, и черный перец горошком придавал приятный аромат, перебивая консервированный привкус мяса. Данил ещё раз взглянул на этикетку.

Хорошая, если есть ещё такая нужно будет заныкать, для торжественных случаев… Ну или для угощения идола. Последняя мысль прозвучавшая в голове, была как бы его, а как бы и нет. Додумать это не дала Рыжая.

– Да откуда ты заешь?

– Что оборотней больше не будет.

– Знаю. Вон видишь сухарь идёт?

Данил положил вилку в банку, и зажатой в левой руке банкой указал на крайнего сухаря слева.

Рыжая посмотрела по направлению банки. Какого сухаря Данил имел ввиду, найти глазами было легко. Этот сухарь неожиданно остановился будто уперся в стеклянную стену, свернул голову набок.

Поэтапно с начало согнул правую руку в локте. Потом поднял её, и неуклюже помахал. В следующею секунду чья то пуля разбила ему голову. Сухарь рухнул, а вместе с ним послышался звон падающей консервной банки и ножа-вилки в ней.

Нащупать сознание сухаря было несложно, Данил их и так фоном чувствовал. Да и заставить их всех остановится, или нападать сейчас для него было несложно. Но ему хотелось повыделываться перед Рыжей и он предался изучению своих новых возможностей.