Старая переправа. Переход.
А сейчас было немного жутковато, наверное лучше бы город наводняла нежить, а не вот эта тишина. На площади около администрации видно было, что здесь шёл бой. Раздавленные шагоходы по обе стороны от входа, разваленная баррикада. А самое главное подпалины и вышерблены от взрывов на мостовой.
Рыжая хотела сразу бежать туда, возможно последние выжившие жители оборонялись тут, и тело Лахтика было тут же. Данил её строго одёрнул, до заката максимум полчаса. Первым делом нужно к броневику, всё остальное потом.
Данил с Рыжей ещё только вышли из-за угла как Оксана на весь мертвый город задала вопрос.
– Что там, случилось?
– Почему с другой стороны?
вполне ожидаемые вопросы посыпались как с рога изобилия. Данил Даже набрал воздуха. что бы ответить но ещё один вопрос задала Карина.
Не успел Данил ответить как Рыжая проходя мимо положила руку на плечо Карине, и ответила за него.
– Подожди, ещё одно дело, и всё расскажем.
И тут же вновь скрылась в двери своего квартала. Данил чуть не взвыл. Опять? Но вновь пошёл за Рыжей на второй круг.
Спросил он догнав зразу за дверью.
– Если мы ко мне на родину хотим попасть, то там нам понадобится не оружие, а деньги, много денег. Я знаю где отцовские лежат, они уже здесь никому не нужны будут.
Рыжая целенаправленно шла, через коридоры и комнаты, наконец остановилась у картины в кабинете. Там под картиной оказался сейф. Что в сейфе лежало Данил больно не рассматривал, деликатно отвернувшись.
– Наследие древних, описание схемы. В общем главное они дорогие, их продать можно. Третью ты сам знаешь, считай она дорога как память.
Улыбнулась Рыжая. Так то Даниле все книги интересны, потом на досуге посмотрит.
– Да, всё, пошли меня в этом доме больше ничего не держит.
Ну значит пора бы отсюда сваливать. Конечно пора бы сваливать совсем, а не только из этого дома, но вот здание администрации, мастерские и квартал контрабандистов ну просто необходимо было осмотреть.
Как только они вышли из ворот, Карина так же как и прошлый раз монотонно спросила.
И хоть голос бы ровный и монотонный, было видно что она немного раздражена.











