Старая переправа. Переход.
– Что слизняк здоровый был?
Живо поинтересовалась Иришка, разглядывая сидящую почти на лобовом стекле Лизавету.
– Нет сросшиеся тела сухарей и оборотней, в несколько слоёв.
Иришка сразу отвернулась, и перевела разговор.
Спросила она Данилу. Но ответила Лизавета.
– Зачем в объезд, здесь дорога сквозная, там второй выезд есть.
– Нет, но была в похожих местах, у них всегда сквозная дорога.
Ждать не стали. Спуск был прямой, как и дорога дальше, без поворотов и не захламлённой, дорога ровно проходила по дну карьера . Броневик неспеша двигался сквозь кучи всего.
Особенно оживлённое обсуждение шло у тех кто сидел на крыше, у них обзор был полный, видели они больше, поэтому и обсуждали громче, даже в кабине их слышно было.
Карьер закончился и пошла обычная степь перемежаясь долами. Кстати ехать то было удобнее, подъём опускание подъем километров на семь растягивалось.
Правда на третьем долу им не повезло, всё таки был ручей. Пришлось нарубать веток у деревьев растущих вдоль и наваливать под гусеницы, что бы не провалились. Заодно и перекусили.
К слову продуктов на почти два десятка человек нужно прорву, что бы им раз перекусить.
Броневик уверенно преодолел ручей, похоже можно было и не накидывать толстых ветвей, именно в этом месте глина была твердой. и гусеницы ни на миллиметр не провалились.
А вот дальше произошло неожиданное для Данила, но вполне ожидаемое происшествие для женского коллектива. Сцепились Официантка и Леди, расцепили их быстро, но в руке у Официантки остался клок волос Леди, и у этой же Официантки наливался синяк под глазом.
– Похоже этому миру точно хана. Синяк, да не у Шило.
Пробурчал Оким удерживая Леди. Которая впрочем и не вырывалась, что нельзя сказать о Официантке, которая дергалась, но её вроде плотно удерживал новенький парень, которого подобрали на площади.











