Старая переправа. Переход.

Подозрительно только где остальные благородные? Неужели пыль в конце колонны глотают?

Данил, не забывал оглядываться назад, и по сторонам, как то научили его уже, раз впереди действо, то оно не может быть не основное, лазутчики могут с заду подбираться. Местные жители, только выходившие на поля, разворачивались, и спешили назад, укрыться за частоколом. Санек согласно заранее разработанному плану новобранцев не разделял, это был своеобразный резерв быстрого реагирования. Сейчас этот отряд охранял открытые ворота. Пропускал крестьян во внутрь, и не давал выходить остальным.

А вот лазутчиков пока не видно.

За мостом же, пехоты с щитами и копьями оказалось не так уж и много, человек шестьдесят. Следом шагали без всякого строя натуральные оборванцы, вооруженные дротиками, вилами топорами, а главное несли короткие лестницы. Оборванцев было под сотню, может чуть больше. А дальше пошли возы, вернее не возы, а волокуши на которых был нагружено всё необходимое для ведения военных действий. Неожиданно колонна закончилась конным отрядом в сорок человек, одетых в легкую броню, и вооруженных луками и палицами.

Вырвалось у Карины. Данил молчал всматриваясь в горизонт, ожидая новых войск. Но пыль рассеялась, колонна остановилась перед мостом лагерем. И из-за поворота так больше никто и не появился. Видимо это волокуши так пылили. Получается войско человек двести. Данил так ни разу не ошибался.

Осторожно произнёс Данил, боясь сглазить.

– А пыли то стояло, до самых небес.

Поддержал Шило, но его перебила Рыжая, что появилась в люке.

– А нас, что не зовёте?

За ней по одному, стали потихоньку подниматься остальные. Нет так не пойдёт, тут места и так нет, у Данилы созрел новый план.

– Так все лишние в броневик, здесь остаются только Оким, Бланш и Темнило. Остальные в броневик.

Данил проводил глазами свою команду, Дал дополнительные указания, что бы гражданские в броневик не садились, а ждали в башне. А сам продолжил наблюдение. Благо прибывшие тоже не затягивали резину, облачились в доспехи, и начали переходить реку через мост. Не все конечно, обслуга возводила шатры.

Данил тоже не стал ждать, спустился с башни и пошёл на переговоры. Как обычно одному выступить вперед всех не получалось, пришлось брать Оксану как переводчицу.

Местный язык давался плохо. Если слова запоминались легко и достаточно много для общения, то вот на слух речь не воспринималась, все вроде бы знакомые слова сливались воедино. Но незнание языка это было полбеды, об чём разговаривать с прибывшими? По факту он пришёл к ним, отжал деревню, и сейчас будет предлагать мир? Нет, его явно никто слушать не будет. Вот так в своих думах, Данил вдвоём с Оксаной отошёл от ворот метров на пятьдесят.