Старая переправа. Переход.

Бли-ин! Данил чуял как попал. Церковник от балды мог придумывал пророчества, и все ему верили. А драться с тремя церковниками, которые двигались так же быстро, как и Данил это самоубийство, тем более что церковник специально лишил его преимущества в огнестрельном оружии фразой на мечах, и отказаться не получится, можно конечно перестрелять всех, и так захватить их мир. Но как говорится всех не перестреляешь, кто то так и будет мстить. Поэтому Данил решил для себя соглашаться, правда если приспичит, наплевать на правила, и воспользоваться пистолетом.

– Ага, вот и посмотрим, если вызовет и победит.

Значит пророчество верно, и я сам принесу присягу Рыжей Лисе. Если нет, то я был прав. Но я всегда прав, даже последнее время спорить ни с кем не интересно.

Даниле ничего не оставалась.

– Я не знаю местных правил, как у вас на бой вызывают?

– Считай, что вызвал.

Церковник, скинул подвешенную палицу с ремня, и отдав приказание двоим молодым. Двинулся вместе с ними в сторону Данилы, а остальные разошлись, образовывая круг. Лишь воин протянул руку со своим коротким мечом.

– Давай друг, я подержу твоё оружие, пока ты моим мечом кровь святым отцам пускать будешь.

– Конечно друг, все кто вызов бросает инквизиции уже мой лучший друг, жалко что не на долго.

– Ну, на держи – Данил поставил автомат на предохранитель, и протянул воину Савмаку – Только ни на что не нажимай, а то точно на одного друга меньше будет.

– Данил прекрати! – Рыжая выскочила в круг, встав перед ним. – Хватит уже всем что то доказывать.

Данил, молча, притянул Рыжую к себе, уперся лбом в её лоб, и крепко обнял за талию.

– Не переживай всё нормально будет – сказал он очень тихо, тут же поцеловал, развернул и шлёпнул по попе.

Придавая ускорения. – Иди, я скоро приду.

Рыжая хоть и ушла, но слезы буквально лились ручьями из его глаз. От вида слез злость буквально кипела, а это Даниле сейчас перед боем было очень нужно.

– Начинаем, нечего тянуть.

Злость накрыла с головой, Данил никогда не отдавался злости полностью, а сейчас решил отдаться, буквально раствориться в ней. Весь мир застыл кроме Данилы и трех церковников, они разошлись треугольником, и сейчас сходились. Данил не стал ждать, когда он будет зажат в центре этого равнобедренного треугольника, и сам сократил дистанцию, до одной его вершины, главного Церковника, так как считал его самым опасным.

А самого опасного лучше бить пока есть силы.

Ну да все его планы, пофехтовать по мушкетерски, а потом выхватить пистолет если что пойдет не так, пошли сразу наперекосяк. Во первых злость не хороший советчик, вся продуманная тактика боя с коротким мечом как то забылась когда его сходу резанули по ребрам. Нет конечно, его не разрубили по полам, но до кости прорезали.