Старшеклассник без клана. Апелляция кибер-аутсайдера 5 (СИ)

Мысленно.

— Подождите. — Он действительно общается с кем-то в параллель (наверняка с Тикой, если верить предчувствию). — Есть подтверждение вашей опекунши. Так, еду к вам. Ждите на месте.

Его лицо вдруг меняется и он становится похож на человека, а не на робота-эгоиста.

Там же, через некоторое время

Глава 20 (новая, старая ликвидирована ?)

В отличие от большей части времени входы и на этаж Тики, и во все её четыре кабинета на нём оказываются открытыми. На мою биометрию здешние сканеры настроены положительно, но сейчас электронные замки вообще деактивированы и даже доводчики на дверях отключены.

— Приветствую. — Быстро прохожу в ту часть офиса, где сквозь частично прозрачные стены вижу Хамасаки-старшую. — Поговорить бы? Срочно, — как могу красноречиво двигаю бровями и с намёком кошусь в сторону выхода.

Поскольку кроме опекунши в помещении в разных углах в креслах находятся ещё и мать Айи, и завуч.

Трофимов, кстати, выглядит наредкость благостно и даже потягивает какой-то крепкий алкоголь из высокого софита (запах чувствую отсюда).

— Вообще-то мы разговаривали, — вроде бы мягко, но на самом деле достаточно твёрдо обозначает Дальхис Эскобар в мою сторону.

Сказать ей, что ли, что тёща всегда тёща? Или лучше промолчать?

Не удерживаюсь в итоге и промолчать не получается:

— Извините, я в данный момент обращаюсь не к вам, а к своей матери. Ещё раз прошу меня извинить, — изображаю средний японский поклон, кланяясь латиноамериканке и разворачиваюсь обратно в сторону опекунши.

Сергеич с любопытством бросает взгляд на меня поверх бокала, но ничего не произносит.

— Это так срочно? — невозмутимо уточняет уже Тика, вопросительно изгибая бровь.

— Более чем. Потому что у меня в багажнике Айиной машины лежит Чень.

— Да, лидер китайцев у нас в школе. Я взял его на горячем, когда он пытался подвесить повторную соплю на Миру. Обещал вернуть его в школу в течение часа, но сделал это ровно затем, чтобы его оттуда свободно вытащить: было много свидетелей. Айя говорит, в худшем сценарии могут вообще инкриминировать похищение.

По мере моего сообщения лицо японки постепенно вытягивается.

— Есть кое-какие нюансы, пока только внутри семьи, — продолжаю сверлить её взглядом. — Но если вы буквально настаиваете, могу рубануть и здесь, при всех.

Интересно, а на самом ли деле хорошо Тика Хамасаки понимает намёки?

По счастью, в следующий момент оказывается, что японке не надо пояснять, какая разновидность "насморка" имелась ввиду применительно к хань (в отличие от остальных присутствующих).

— Ты не ошибаешься?! — мать Миру наконец оживает и перестаёт изображать Снежную Королеву.

— Ловите. — В её интерфейс отправляю пакет, взятый из собственных записей вплоть до того момента, как я бью соученика-азиата по голове.